Повествование Памяти моей мамы 2



жүктеу 2.8 Kb.

бет1/28
Дата28.01.2017
өлшемі2.8 Kb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

 
 
 

 
 
Аб Мише 
У чёрного моря 
Полудокументальное 
повествование
 
Памяти моей мамы 

 
 
 

СОДЕРЖАНИЕ 
 
1. ЗАПЕВ ................................................................................ 4
 
2. НАЧАЛО ............................................................................ 6
 
3. ПОБРАТИМЫ .................................................................. 14
 
4. ЛИЧНОЕ ........................................................................... 18
 
5. ГРОДСКИЙ ...................................................................... 19
 
6. ПЕРЕПУТЬЯ .................................................................... 25
 
7. ШИМЕК ........................................................................... 31
 
8. ЕВСЕКЦИЯ ...................................................................... 34
 
9. 1937-й ............................................................................... 49
 
10. ШУРА ............................................................................. 53
 
11. ДЕТСТВО ....................................................................... 54
 
12. УРА! ................................................................................ 57
 
13. ВОЙНА ........................................................................... 61
 
14. ПОМОШНАЯ ................................................................. 72
 
15. ОККУПАЦИЯ ................................................................ 77
 
16. БОГДАНОВКА .............................................................. 87
 
17. ИНТЕРМЕЦЦО .............................................................. 94
 
18. ГОН ............................................................................... 106
 
19. СЛОБОДКА .................................................................. 112
 
20. ЭТАП ............................................................................ 118
 
21. КРАСНОАРМЕЙСКАЯ ............................................... 126
 

 
 
 

22. ТРАНСНИСТРИЯ ........................................................ 131
 
23. ДОМАНЁВКА .............................................................. 138
 
24. ИЗ ПРОШЛОГО ........................................................... 144
 
25. БЕЗ ЕВРЕЕВ ................................................................. 149
 
26. ПРОТИВОТОК ............................................................. 161
 
27. МАСКАРАД ................................................................. 175
 
28. ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ .................................................. 188
 
29. РАСПЫЛ ...................................................................... 197
 
30. ДОЖДАЛИСЬ .............................................................. 199
 
31. АБА ............................................................................... 210
 
32. РОДНЯ .......................................................................... 215
 
33. ГУЛАГ .......................................................................... 221
 
34. ПОВЕЗЛО ..................................................................... 225
 
35. ОДЕССА-2002 .............................................................. 234
 
36. ПРОБЛЕСКИ ................................................................ 243
 
37. БЕЗМЯТЕЖНОСТЬ ..................................................... 255
 
38. СОАВТОРЫ ................................................................. 262
 
39. ПСИХБОЛЬНИЦА ....................................................... 271
 
40. ШЕВАЛЕВЫ ................................................................ 286
 
41. СЕЙЧАС ....................................................................... 306
 
42. ПОКЛОН ...................................................................... 310
 
43. ПОСТСКРИПТУМ ....................................................... 314
 
 

 
 
 

1. ЗАПЕВ 
 
“У Чёрного моря открывшийся мне 
В цветущих акациях город..”. 
(песня, слова С. Кирсанова). 
 
есколько лет рвался я в Одессу. Дорогих мне людей и времени 
остаётся всё меньше, мир, в котором живём, хрупок, поэтому 
если уж выкроить из бюджета бросок за границу, так мне прелестней 
всех Парижей и Италий лица одесской родни и разговоры, пусть и пе-
чальные, но задушевные. 
Я пытался подружиться с местными организациями, работающими 
на  Украине,  чтобы  послали  какие-нибудь  лекции  читать,  но  шлют 
“своих”, по великому блату, дело денежное, и когда я как-то втиснул-
ся, выжал твёрдое обещание, мой обещатель вдруг выпал на пенсию - 
поездка лопнула. 
В другой раз вроде бы повезло: некое учреждение решило послать 
меня  лектором  на  Украину  и  в  Молдавию,  оформило  билеты,  визы, 
страховку  -  всё  было  готово,  оставалось  получить  документы  и  рва-
нуть  на  самолёт.  Предстояли  6  городов  за  12  дней  -  тяжело,  да  и  не 
очень свеж мальчик - но плевать! еду! за казённый счёт! по коням! - и 
тут-то врач командирующей организации бухнул: “Нет!”. Ему желался 
лектор телом покрепче... Поездка сорвалась за день до вылета. Я впал 
в краткую ярость и длительную депрессию. 
Время,  как  известно,  лечит.  Оклемавшись,  я  потихоньку  начал 
внутри  себя  снова  пестовать  мечту.  И  “вышел  на контакт”  с  группой 
заслуженных эмигрантов из Украины, которые устроили себе поездку 
на бывшую родину теплоходом, с  заходом на пару  дней в Стамбул и 
шестью днями плавания - прелести моря, корабельные утехи: бассейн, 
игры-танцы,  пить-есть  от  пуза  -  веселись,  душа!..  И  всё  по  льготной 
цене, дешевле, чем одному ехать. Я примкнул к той группе, подрядил-
ся по дороге развлекать лекциями - всё сладилось, я в отличной форме, 
наметившиеся  впереди  разнообразные  житейские  хлопоты  требуют 
перед  тем  отдохнуть  -  ну  и  славно,  и  наконец  удастся  близких  пови-
дать - ура!.. 
Н 

 
 
 

Да и задуманная книга требовала обновить одесские  детские впе-
чатления. 
И томила сладкая ностальгия по Одессе, так изящно живописанной 
множеством очарованных от Пушкина
“Но солнце южное, но море...Чего ж вам более, друзья? Благосло-
венные края! “ 
и до, через 100 лет: 
“Я  её  [Одессу]  люблю.  ...я  бы  хотел  подъехать...  на  пароходе... 
Встал  бы  перед  рассветом,  когда  ещё  не  потух  маяк  на  Большом 
Фонтане;  и  один-одинёшенек  на  палубе  смотрел  бы  на  берег.  Берег 
ещё сначала был бы в тумане, но к семи часам уже стали бы видны... 
красно-жёлтая глина и чуть-чуть сероватая зелень... 
Потом  начинают  вырисовываться  детали  порта...  Лесом,  быва-
ло, торчали трубы и мачты во всех гаванях, когда Одесса была цари-
цей;  потом  стало  жиже,  но  я  хочу  так,  как  было  в  детстве:  лес,  и 
повсюду уже перекликаются матросы, лодочники, грузчики, и если бы 
можно было услышать, услышал бы лучшую песнь человечества: сто 
языков” (В. Жаботинский, роман “Пятеро”). 
 
К.  Паустовский,  роман  “Романтики”:  “Рано  утром  по  улицам, 
затопленным нестерпимым одесским солнцем, мы прошли на бульвар 
к  памятнику  Ришелье.  Голубые  туманы  залили  порт  и  город.  Был 
блеск  солнечных  морских  миль  над  свежей  водой,  свет  полуденных 
стран, хрустального неба и ветра, душистого, как ранний миндаль... 
В порту качались у молов синие и белые шхуны, дымил жёлтой тру-
бой одинокий транспорт. Улицы пахли морем и лимонами. 
В кафе Фанкони... под тентом ходил средиземный ветер, яростно 
кричали  за  столиками  на  чудовищном одесском  языке  евреи  в  котел-
ках. 
Перебирая чётки, ворковали греки. Женщины пылали карминными 
губами”. 
 
На  диво  город.  Афродитой  встающий  из  пены  морской,  всплы-
вающий Атлантидой из прошлого. 
 
 
 

 
 
 

2. НАЧАЛО 
 
1789 г. в ходе войны России с Турцией войска русского полко-
водца  А.  С.  Суворова  под  командованием  вице-адмирала  де-
Рибаса  захватили  на  берегу  моря  турецкую  крепость  Хаджибей  (Гад-
жибей, Коцюбей, Качибей в зависимости от языка сменявшихся хозяев - 
до 15 века татар, затем литовцев, позже турок) - пристанище грабителей, 
промышлявших на окрестных дорогах. Несколько десятков глинобитных 
домов,  землянки,  базар,  кофейни,  амбары,  пристань  -  ничего  примеча-
тельного кроме бухты, настолько удобной, что императрица Екатерина 
Великая мая 27-го дня 1794 года повелела де-Рибасу: 
“Уважая  выгодное  положение  Гаджибея  при  Черном  море  и  со-
пряженные с оным пользы, признали Мы нужным устроить тамо во-
енную  гавань,  купно  с  купеческою  пристанью...  открыть  тамо  сво-
бодный вход купеческим судам... 
...устроение  сей  Мы  возлагаем  на  вас...  Из  гребного  флота  слу-
жителей к производству работ употребляйте, без изнурения их одна-
ко же излишними трудами... 
...имеете  вы  во  всем  относиться  к...  генералу  графу  Суворову-
Рымникскому... и отчеты в издержках ему представлять имеете. 
Мы  надеемся,  что  вы...  ведая,  колико  процветающая  торговля 
споспешествует благоденствию народному и обогащению государст-
ва, потщитеся, дабы созидаемый вами город представлял торгующим 
не токмо безопасное от непогод пристанище, но защиту, ободрение, 
покровительство...  чрез  что,  без  сомнения, как  торговля  наша  в  тех 
местах процветает, так и город сей наполнится жителями в скором 
времени. 
Пребываем к вам впрочем Императорскою Нашею милостью все-
гда благосклонны 
ЕКАТЕРИНА” 
 
Город назвали (впервые в документе 1795 года) Одессой, вероятно, 
по  имени  древнегреческого  города  Одессоса,  который  предполагался 
на  этом  месте;  говорят,  Екатерина  предложила  “Одесс”,  а  галантный 
придворный  учёный  в  честь  императрицы  попросил  добавить  жен-
ское  окончание  “а”.  Позднее  выявилось,  что  Одессос  был  вовсе  не 
В 

 
 
 

здесь,  а  на  большом  отдалении,  там,  где  теперь  болгарская  Варна. 
Анекдотические  несуразности  обозначили  Одессу  с  самого  её  рож-
дения. 
Поднимающемуся  городу  требовались  рабочие  руки  и  сметливые 
головы.  Насильственной  вербовкой  на  стройку  окрестных  крестьян  и 
солдат, бегством  от турецкого притеснения греков, молдаван, болгар, 
албанцев (арнаутов), миграцией западноевропейских искателей удачи - 
всем  тем  бойко  пополнялось  население  Одессы,  которая  сперва  име-
новалась городом Тираспольского уезда Вознесенской губернии (Воз-
несенск сегодня районный центр), но не прошло и десяти лет, как ста-
ла первенствовать в Новороссии. 
Одессу  сотворяло  усердие  властей  и  набежавшего  люда,  разно-
шерстного, от деятельных негоциантов до безалаберного сброда: бро-
дяг,  мошенников,  воров...  “Республикой  жуликов”  показался  город 
приезжему  европейцу;  “Помойная  яма  Европы”  -  говорил  об  Одессе 
1803 года А. Ланжерон, будущий одесский градоначальник, француз-
ский граф. 
Повезло Одессе с Великой Французской революцией: она вытолк-
нула  в  эмиграцию, на  русскую  службу  не  один  мусор  дантесов,  но  и 
блестящих созидателей столицы Новороссийского края. 
Эммануэль дю Плесси дюк де Ришелье - до бегства в Россию пер-
вый камергер короля Людовика Шестнадцатого, а после восстановле-
ния власти Бурбонов в 1814 году министр иностранных дел и премьер-
министр Франции. В России герцог Ришелье стал в 1803 году градона-
чальником Одессы, а с 1805 года одновременно генерал-губернатором 
Новороссийского  края.  Невостребованные  революционной  Францией 
таланты герцога развернулись в Одессе. 
Ришелье размахнулся строить современно  оборудованную гавань и 
европейский  город.  Он  упорядочил  финансовое  хозяйство,  добился  от 
царя льгот на коммерцию и пользование портом. В Одессу потянулись 
иностранные купцы, в городе возникли представительства других госу-
дарств, десятки торговых домов, банк, биржа, коммерческий суд (пер-
вый в Российской империи). 
В последний год правления Ришелье через одесский порт провер-
нулось  товаров  на  тридцать  миллионов  рублей  -  деньги  в  ту  пору 
трудновообразимые. 

 
 
 

 Приманивая отовсюду  дельцов вкладывать средства в одесские пред-
приятия, Ришелье понимал: “не хлебом  единым” (кстати, зерно тогда 
было  товаром  первейшим)  -  и  благоустраивал  город  с  участием  луч-
ших  европейских  архитекторов.  За  11  лет  власти  Ришелье  поднялись 
театр, собор, синагога, открылись разные учебные заведения, публич-
ная  библиотека,  музей  древностей,  две  больницы  и  рынок,  пролегли 
перпендикуляры широких улиц, зашуршали сады... 
После  замены  герцога  графом  Александром  Ланжероном  в  1817 
году  Одессе  выпал,  наконец,  козырь,  которого  искал  ещё  Ришелье: 
“порто-франко”,  право  беспошлинного  ввоза  иноземных  товаров. 
Одесса стала крупнейшим скрещением грузовых потоков из Европы и 
Азии. Уже не только хлебом, как раньше, здесь торговали, но и пред-
метами  роскоши  -  дело  намного  выгоднее.  От  богатства  и  культуре 
прибыль:  знаменательно,  что  в  том  же  1817  году  открылся  респекта-
бельный Ришельевский лицей - основа будущего университета. 
C 1823 года Одессой и Новороссией правили уже руки русские, но 
тоже Европой выхоленные. Граф Михаил Семёнович Воронцов, гене-
рал-фельдмаршал, командовал Одессой до 1855 года с великим умом и 
умением:  при  нём  ширились  порт  и  торговля,  рос  город,  открывались 
библиотеки,  разворачивалось  образование,  лицей  тянулся  на  универси-
тетский уровень. “Неимоверно до какой красоты достигла при нём Одес-
са,  каким  час  от  часу  возрастающим  благоденствием  пользуется 
она...”  (современник  Н.  Всеволожский,  1836-37  гг.).  В  1849  г.  одес-
ская городская касса была богаче всех в России, включая обе столицы. 
Генерал-адъютант  Александр  Григорьевич  Строганов  после  слав-
ной  службы  в  войнах  и  при  царском  дворе,  после  военного  губерна-
торства в столице занимал в Одессе место Воронцова в 1855-63 годы - 
восемь лет, недолгих, но сложных из-за отмены благодетельного “пор-
то-франко”, проигранной Крымской войны и подрыва торговли зерном 
американскими  конкурентами.  Вынести  эти  удары  Одессе  помогла 
строгановская  либерализация  управления  на  передовой  европейский 
манер.  Строганов  учреждал  банки,  возглавлял  общественные  органи-
зации, добился  от царя разрешения быть в Одессе университету  -  его 
открыли  в  1865 г.  Строганов  завещал  университету  богатейшую  биб-
лиотеку (60 лет собирал), но ценный свой архив, как ни просили, ута-
ил, утопил в море семь неподъёмных дубовых ящиков - одесситы раз-
влекались подробностями. 

 
 
 

Разные ходили анекдоты  о Строганове. Особенно  веселил рассказ 
о сборе народных пожертвований на монумент Пушкину (евреи тогда 
соревновались,  кто  больше  любит  певца  “за  нашу  Одессу”):  генерал-
губернатор сборщиков денег от себя погнал, за вольнодумство не жа-
ловал  поэта  чудаковатый  граф.  Историки,  от  крупнейшего  С.  М.  Со-
ловьёва, воспитателя строгановских детей, до  современного  С. Я. Бо-
рового вспоминали графа путано: “честен, не способен брать взятки”, 
“ум  поверхностный”,  “ученый  самодур-аристократ”,  “просвещенный 
администратор”, “грубиян”, “человек прямой и светлого направления”, 
“странный  человек”.  Город  Строганова  наградил  титулом  “Первого 
вечного гражданина Одессы”. 
 Хлопоты  просвещённых  правителей  и  энергия  жителей  сотворили 
Одессу “новой Флоренцией”, “вторым Парижем” - так будут говорить 
о  ней  в  неумеренном  восторге  от  городских  ансамблей,  от  классиче-
ского аристократизма Воронцовского дворца и Биржи, от шелеста ме-
жду ними бульвара с памятниками Ришелье и Пушкину и клокотанием 
порта внизу, под широкой лентой Потёмкинской лестницы, от уютно-
го скверика с пышным именем Пале-Рояль, от яростной агонии камен-
ного Лаокоона в змеиных тисках посреди уличной суеты, от ажурной 
архитектуры  Пассажа и  музыки  Оперного  театра, от  безукоризненно-
квадратных  уличных  перекрестий,  от  шумной  Дерибасовской  улицы, 
самодовольной  Маразлиевской,  весёлой  Итальянской,  переименован-
ной позже в Пушкинскую (поэт здесь жил), от мощи платанов и белого 
трепета акаций, и запаха их, смешанного с иодистым духом моря. 
 
“Шаланды, полные кефали, 
В Одессу Костя привозил...” 
(песня) 
 
...Ну, ладно, думал я, уж нет кефали, нет скумбрии, камбала, гово-
рят, вывелась, даже и бычков, кажется, нет, но что-то же осталось  от 
той Одессы моего детства и от  - ещё раньше - великой еврейской об-
щины  начала  двадцатого  века,  численно  третьей  в  Европе,  первой  в 
России - поистине столицы русского еврейства!? 
 
Через 25 лет после основания Одессы молодой А. Пушкин востор-
гался новорожденным городом, где “хлопотливо торг обильный Свои 
подъемлет паруса”, где “всё Европой дышит, веет” и “Язык Италии 

 
 
 
10 
златой Звучит по улице весёлой, Где ходит гордый славянин, Француз, 
испанец,  армянин,  И  грек,  и  молдаван  тяжёлый,  И  сын  египетской 
земли...” 
Среди разноязычных горожан великий поэт не заметил или не счёл 
нужным  упомянуть  евреев.  А  они  были  здесь  уже  при  зарождении 
Одессы - пять или шесть сефардских евреев, наверно, потомки испан-
ских изгнанников, оказавшихся в Турции или Крыму. 
Затем вмешалась царская рука. Радея о развитии юга своих владе-
ний, Екатерина Вторая поощряла переселение в Новороссийский край 
евреев из недавно захваченных польских земель. Еврейская община в 
Хаджибее, начавшись в 1793 г. первым захоронением на еврейском 
кладбище,  опередила  официальное  рождение  Одессы.  В  1795  г. 
здесь уже жило 246 евреев - десятая часть населения. 
Правители Одессы зазывали к себе и греков - умелых коммерсан-
тов,  и  евреев  -  их  бурная  предприимчивость  сулила  городу  немалые 
выгоды. Поселенцам предоставлялись льготы, займы на обустройство, 
обещалась  свобода  вероисповедания.  Окрестные  евреи  из  убожества 
“черты  оседлости”,  ограничивающей  их  расселение  в  Российской  импе-
рии, устремились в новый город к возможной удаче. Они не боялись над-
рываться на стройках, в порту или каменоломнях, в суете мелкой торгов-
ли и ремесленничества, надеясь выбиться из нужды. Ожидания подпи-
рались властью, поощрявшей создание еврейской общины. 
В  1795  г.  одесские  евреи  построили  первую  синагогу.  В  1798  г. 
возникла Главная синагога, её поддерживало деньгами градоначальст-
во. В те же годы евреи создали своё самоуправление, благотворитель-
ные заведения и школы. Евреи втягивались и в общеодесские заботы: 
двое  из  них  были  избраны  в  городское  управление.  Одесским  евреям 
тогдашнее градоначальствование Хосе де Рибаса пришлось настолько 
по душе, что  они даже предполагали в нём, выходце из  Испании, ев-
рейскую кровь. 
С  появлением  де  Ришелье  положение  евреев  ещё  более  упрочи-
лось.  Они  торговали,  посредничали  в  сделках,  занимались  разменом 
денег...  Вызревало  соперничество  с  греками,  в  чьих  руках  была  ком-
мерция много солиднее, прежде всего, хлеботорговля. 
Евреи поднимались в лад с расцветом Одессы после крушения На-
полеона и раскручивания торговли Европы с восточными странами, когда 
благодаря “порто-франко”  заморские грузы без  удорожающих  таможен-

 
 
 
11 
ных  сборов  текли  через  местный  порт.  До  того  на  юго-востоке  Европы 
важнейшим перевалочным пунктом торговли были Броды в Галиции. Но 
куда им было до Одессы с её морскими путями! И ловкие “бродские ев-
реи” (так назвали и последующих еврейских эмигрантов из немецких зе-
мель) спохватились сменить родные места на новую перспективу. 
Тесно связанные с Германией и Австро-Венгрией “бродские” при-
несли  в  Одессу  помимо  своих  капиталов,  образованности  и  обороти-
стости, немецкий дух, немецкую культуру быта и предпринимательст-
ва  -  всё  вместе  сочеталось  в  успех.  Конкурентам  даже  и  погромы  не 
помогали, хоть начали их здесь в 1821 г., впервые в России - не  обо-
значив ли тем, наряду с традиционной религиозной рознью, и едва на-
чавшееся, но уже завидное преуспевание одесских евреев? 
Не всех. Восемьдесят процентов их ещё и в 1844 году определены 
генерал-губернатором  М.  С.  Воронцовым  как  “малодостаточные”.  Их 
тогда правительство вознамерилось выселить из Новороссии как “бес-
полезных”.  В  ответ  граф  Михаил  Семёнович  бестрепетной  генераль-
ской  рукой  отписал  царю:  “Само  название  “бесполезные”  для  сотен 
тысяч обывателей и круто, и несправедливо... Смею указать, мой го-
сударь,  сии  подданные  Вашего  величества  крайне  бедны.  Отстране-
ние от привычных занятий обречёт их на истребление через нищету и 
умственное  отчаяние...  Благоразумие  и  человеколюбие  заставляют 
отказаться от жестокой меры..”.  И уговорил императора, прикрыл 
евреев. 
Благоволение  Воронцова  поддерживало  деятельных  “бродских”  - 
они  заняли  ведущее  положение  в  общине,  открыли  свою  синагогу  и 
общеобразовательную  светскую  школу,  где  русский  язык  преподавал 
христианин, а язык учебников был немецкий. 
В  обычай  одесского  начальства  вписывалось  и  покровительство 
евреям  А.  С.  Строганова.  Но  и  чудил  по-своему  генерал-губернатор: 
освобождал  старика-еврея  от  царского  запрета  носить  традиционную 
еврейскую  одежду и строжайше запрещал “на одесских улицах  еврей-
ским свадьбам ходить с зажжёнными свечами и  музыкой”. А еврей-
ский погром в 1859 году подавить Строганов послал полицию немед-
ля. 
По  сенью  благосклонной  власти  еврейская  община  укреплялась  в 
течение  всего  девятнадцатого  века.  После  Крымской  войны,  когда 
главный бизнес одесских греков - экспорт зерна упал в десять раз, ев-

 
 
 
12 
реи  оказались  живучее  и  перехватили  инициативу:  к  1875  г.  им  при-
надлежало  почти  две  трети  экспортно-торговых  фирм  Одессы.  Они 
занимали половину выборных мест в Городской Думе, еврейский бан-
кир Р. Хари почти пятнадцать лет ведал денежной деятельностью все-
го города и, случалось, замещал городского голову. 
В 1910 г. евреи - треть горожан; 80 процентов крупных купцов, и 
больше  половины  юристов,  и  две  трети  медиков  -  евреи.  Им  принад-
лежит половина одесской промышленности. Основа одесского экспор-
та - зерно - на 82 процента в еврейских руках. А по количеству учреж-
дений еврейского образования (289) Одесса на первом месте в России. 
Евреев в городе тогда жило около 140 тысяч - впереди в Европе были 
только Варшава и Будапешт. 
Семьи евреев-”богачей” Рафаловичей, Эфрусси, Бродских и других 
дельцов блистали на авансцене одесской жизни. А в глубине её, есте-
ственно,  являли  себя  еврейские  бедняки:  ремесленники  и  лавочники, 
конторщики  и  приказчики,  грузчики,  извозчики,  чистильщики  сапог, 
просто нищие и бродяги, живущие подаянием, а то и воровством. 
Их  поддерживала  сеть  общинных  благотворительных  заведений, 
среди них: Сиротский дом, где 200 детей обучали музыке, ремёслам и 
земледелию; “Общество пособия бедным больным евреям”; “Дом при-
зрения  престарелых  евреев”;  “Общество  попечения  о  бедных  и  бес-
приютных детях г. Одессы”, готовившее детей к школе и надзиравшее 
за их жизнью в семьях; “Комиссия по раздаче топлива и пасхального 
пособия бедным евреям”, которая в 1910 г. выдала 65 тысячам евреев 
по два с лишним килограмма мацы; “Общество санаторных колоний” 
и  Женская  колония,  где  лечились  сотни  туберкулёзных  детей;  Обще-
ство взаимопомощи приказчиков с библиотекой в 23000 томов... 
Бедняков  бесплатно  лечили  в  Еврейской  больнице.  Она  с  шести 
коек в 1800 г. за сто лет развернулась в крупнейшее лечебное  учреж-
дение с загородным филиалом на Хаджибейском лимане. 
Больница,  как  и  многие  другие  еврейские  благотворительные  за-
ведения,  оказывала  помощь  и  неевреям.  В  ней,  содержавшейся  за 
счёт  еврейских  пожертвований,  в  начале  20  века,  когда  её  койки 
уже  исчислялись  сотнями,  десятую  их  часть  занимали  больные-
христиане. (Что, однако, не помешало черносотенной власти города 
в 1907 г. ограничить процентной нормой количество врачей-евреев в 
той же Еврейской больнице.) 

 
 
 
13 
Еврейская  больница  располагалась  на  Молдаванке  -  когда-то  ок-
раине  города,  средоточии  бедноты  и  порождённого  ею  легендарного 
мира одесских уголовников. 
 
“На Молдаванке музыка играет, На Молдаванке пляшут и поют, 
На Молдаванке прохожих раздевают, На Молдаванке девушек...” - тут 


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28


©emirb.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал