Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж



жүктеу 5.01 Kb.

бет13/25
Дата09.01.2017
өлшемі5.01 Kb.
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   25

 
 
 
К ВОПРОСУ О ХРОНОЛОГИИ ГОСУДАРСТВА КАРАКИДАНЕЙ ПО ТРУДУ 
К.А. ВИТТФОГЕЛЯ И ФЭН ЦЗЭШЭНА «ИСТОРИЯ КИТАЙСКОГО ОБЩЕСТВА: 
ЛЯО (907-1125)» 
 
Мадинова А.К., 
Академия Кайнар 
Директор ДОУП 
Магистр истории 
 
«Уникальная  по  обобщению  и  анализу  фактического  материала  работа  К.А. 
Виттфогеля и Фэн Цзяшэна», как отмечает в своей монографии «Западные кидани» Пиков 
Г.Г.  [1],  до  недавнего  времени  считалась  единственным  исследованием  по  истории 
каракиданей.  Те  немногие  ученые,  темой  исследования  которых  были  вопросы 
политической,  социальной  и  экономической  истории  киданей,  опирались  на  сведения, 
приведенные в этом действительно ценном труде. 
  
История  западнокиданьского  государства  воссоздана  К.А.  Виттфогелем  и  Фэн 
Цзяшэнем в разделе «Кара-китаи», опубликованном в вышеуказанной монографии. Этот 
раздел, состоящий из исследования о кара-китаях и хронологических таблиц, составлен на 
основе известных письменных западных, китайских и мусульманских источников.  
Данный  труд  уникален  по  количеству  приведенных  сведений,  использованию 
большого  фактологического  материала,  обобщенного  и  проанализированного  авторами, 
что, несомненно, «является их немалой научной заслугой» [2]. 
Он  основан  на  самом  широком  использовании  китайского  текста  династийной 
истории Ляо, причем даются многочисленные выдержки из этого источника в дословном 
и  точном  переводе.  Изложение  самого  труда,  исходящее  из  этого  документального 
материала,  освещает  его  с  помощью  обширной  литературы,  насчитывающей  сотни 
заглавий и почти столько же на европейских, китайском и японском языках авторов, как 
наиболее осведомленных и авторитетных комментаторов и исследователей [1].  
 
Небольшая  группа  киданей,  возглавляемая  Елюй  Даши  и  поддерживаемая 
племенами  Западной  Монголии,  создала  империю  каракиданей  в  самом  сердце  Азии  – 
Туркестане.  По  топографическим  и  функциональным  признакам  империя  каракиданей 
находилась  за  рамками  истории  китайского  общества,  но  по  мере  развития  мощи  и 
цивилизации империи высветились важные аспекты политической, военной и культурной 
истории Внутренней Азии накануне монгольского нашествия. Такое развитие Внутренней 
Азии  происходило  при  активной  направляющей  деятельности  киданей.  И  как  отмечают 
сами  авторы,  проведенное  ими  исследование  было  «целесообразным  с  точки  зрения 
азиатской  истории завоеваний  в  целом,  и  в  частности,  устройства  и  культуры  киданей» 
[3]. 
 
Виттфогель  К.А.  и  Фэн  Цзэшэн  отмечают  большой  вклад  И.В.  Бреттшнайдера,  а 
именно, его переводы раздела Ляо Ши, прилагаемых записей CS 121, и ряд описываемых 
путешественниками  условий  в  Центральной  Азии  в  ранний  период  монгольского 
правления,  переводы  важнейших  мусульманских  источников,  в  частности  «История 
монголов»  д’Орсона,  в  изучение  истории  каракиданей.  Материалы  Бреттшнайдера,  по 
мнению  авторов,  «более  исчерпывающие»  по  сравнению  с  его  предшественниками  и 
являются  прекрасным  дополнением  к  тем  знаниям  по  истории  каракитаев,  которые 
имеются в западной науке [3]. 
 
В небольшом вступлении к разделу о каракитаях упоминается и вклад В. Бартольда, 
который  использовал  в  своем  труде  персидские  и  арабские  источники  и  на  их  основе 
104 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
написал  историю  Туркестана,  сделав  значительный  упор  на  династию  каракитаев.  Труд 
Бартольда  по  политической,  военной  и  религиозной  истории  Центральной  Азии  авторы 
считают классическим. 
 
Настоящее  исследование  К.А.  Виттфогеля  и  Фэн  Цзэшэна  по  каракитаям 
систематизировано  следующим  образом.  В  подразделе  А  дается  небольшое 
фрагментарное исследование, в подразделе В расположен хронологический материал, и в 
подразделе  С  описываются  социо-культурные  аспекты  истории  каракиданей. 
Хронологический материал представлен в виде таблицы, содержащей 3 графы. В первой 
графе изложен материал исключительно из Ляо Ши, наиболее важные китайские тексты 
Бреттшнайдера;  графа  2  включает  информацию  из  других  китайских  источников,  среди 
них CS 121, также переведенный Бреттшнайдером. Основная часть данных в этой графе из 
цинских, сунских и юаньских источников, а также данные из Ляо Ши не использовались 
Бреттшнайдером, они были собраны воедино Фэн Цзэшэном в период его деятельности в 
Китае и Америке, связанной с его исследованиями по династии Ляо. 
 
В  графе  3  приводится  информация  из  некитайских  источников.  Для  этого  к 
исследованиям  привлекались  признанные  специалисты  для  перевода  и  интерпретации 
оригинальных  текстов.  В  случае  недоступности  переводов  авторами  использовались 
данные из персидских и арабских источников в авторитетных публикациях таких авторов, 
как Бартольд, указывающих как первичные, так и вторичные источники.  
 
По  хронологическим  данным  имеются  некоторые  различия  и  несовпадения.  Как 
отмечают авторы, мусульманские источники дают краткую информацию о правителях Си 
Ляо,  имена  которых  упомянуты  крайне  редко  и  количество  которых,  пол  и 
последовательность правления приведены неполно и беспорядочно. Летописцы в равной 
степени умалчивают продолжительность правления отдельных гурханов. 
Бартольд  отмечает  «скудный  и  противоречивый»  характер  мусульманских 
источников и обращается к китайским историческим хроникам [4]. По его мнению, они 
содержат  «более  точный  список»,  но  в  хронологических  данных  они  также  неточны. 
Неприятие  Бартольдом  хронологических  данных  в  китайских  источниках  понятно,  за 
основу  он  брал  не  оригинальные  китайские  тексты,  а  некорректную  интерпретацию 
Бреттшнайдера.  Не  без  основания  он  обращается  к  хронологии  Маркварта,  который  в 
качестве  стартовой  точки  берет  данные  из  одного  из  двух  основных  мусульманских 
трудов,  Ибн  аль-Атира,  о  смерти  первого  гурхана,  Раджаба  в  537  г.,  что  соответствует 
западному календарю 20 января – 19 февраля 1143 г. и затем, используя информацию о 
продолжительности правления каждого гурхана, содержащуюся в Ляо ши, он определяет 
соответствующие даты их вступления на престол и смерти или, в случае последнего, дату 
смещения с престола. 
Процедура  Маркварта  проста  и  правдоподобна.  И  как  отмечает  Бартольд,  «в 
основном… успешна». Его результаты близки к китайской хронологии. Все же Маркварт 
рассматривал  даты  в  Ляо  ши  как  неточные,  «в  частности,  год  заката  династии  1201. 
Однако,  в  результате  избежания  в  большей  степени,  если  не  полностью,  неправильного 
толкования  Ляо  Ши  Бретшнайдером,  он  пришел  к  датам  правления  каждого  из  пяти 
гурханов,  идентичными  с  теми,  которые  получили  китайские  ученые,  сделавшие 
тщательный анализ полного текста. 
Крупный  ученый  Цинского  периода  Чен  Та  Шин  (1727-1804)  начал  свои 
исследования хронологии Си Ляо с даты chia-ch’ên, который в LS 30, 6a приводится как 
год вступления Елюй Даши на трон.  
Разбив противника под Самаркандом, он продвинулся далее к Карминии (Кермине), 
где  он  официально  был  объявлен  гражданскими  и  военными  должностными  лицами 
императором.  Почему  его  чествовали  в  этот  период,  остается  загадкой,  поскольку 
согласно  этому  труду  и  ряду  параллельных  источников,  Даши  задолго  до  этого  был 
верховным  правителем.  Если  причина  должна  быть  найдена,  то,  кажется,  более 
правдоподобным  допустить,  что  подавляющие  военные  успехи  гурхана  завершались 
105 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
пышной  церемонией,  в  процессе  которой  его  старые,  также  и  новые  подданные 
объединялись для провозглашения его «императором». 
Чен  Та  Шин,  безусловно,  рассматривал  запись,  содержащую  дату  chia-ch’ên  как 
ретроспективную;  и,  фактически,  запись  имела  значение  только  в  том  случае,  если 
учитывалась  как  дополнительный  источник  информации,  добавленный  из  независимого 
источника,  чтобы  подчеркнуть    и  прославить  пик  политической  карьеры  Елюй  Даши  в 
1141 г. В китайском цикле, состоящем из 60 лет, это должен быть 1124 г., 1064 и 1184 г. в 
этом контексте, считают Виттфогель и Фэн Цзэшэн, очевидно, абсурдны [3]. Должностное 
лицо  Сун  Чао  Цути,  занимавший  должность  в  Цинской  империи  с  1126  по  1128  г., 
докладывал по возвращении в сунскую столицу, что Елюй Даши был известен на севере 
как «император». Подобные сообщения хранились в цинских записях, которые, согласно 
Ляо ши 30, исчисляли правление Елюй Даши с 1124 г. 
В  соответствии  с  Ляо  ши  30,  6а  Елюй  Даши  правил  20  лет.  Следуя  китайской 
традиции, если считать год смещения с престола как первый, то год его смерти следует 
принять  за  1143,  как  указано  у  Ибн  ал-Асира  (император  Ляо  начинал  свой  период 
правления  с  года  восхождения  на  трон,  т.е.  в  год  смерти  своего  предшественника). 
Хронология Маркварта составлена в полном соответствии с хронологией Чен Та Шина, и 
более полной хронологией Ван Юань Суна. 
В  нижеприведенной  таблице  приведены  хронологические  данные  в  соответствии  с 
западным календарем. 
 
Правители 
(Небесные правители) 
Продолжительность 
правления (годы) 
Абсолютные даты 
С 
По 
Елюй Даши 
20 
1124 
1143 
Императрица 
Кан 
Тиен 

1144 
1150 
Император Иле 
13 
1151 
1163 
Императрица 
Чен 
Тиен 
14 
1164 
1177 
Император Чи Лу Ку 
34 
1178 
1211 
Итого 
88 
1124 
1211 
 
Отмечая, что годы правления всех императоров Ляо приведены в Ляо ши 30, все же 
подчеркивается,  что  нельзя  умалять  значение  мусульманских  источников,  которые 
подкрепляют  Ляо  ши  по  двум  существенным  пунктам:  утверждение  Ибн  ал-Асира 
касательно года смерти Елюй Даши неоценимо для подкрепления первой части китайской 
хронологии.  Эта  дата  также  подтверждается  западно-азиатскими  текстами.  Китайские 
записи  предполагают  1211  г.  как  последний  год  правления  Чи  Лу  Ку.  Бартольд, 
анализируя мусульманские источники, также делает заключение, что падение Чи Лу Ку 
состоялось не позднее, чем в первой половине 1211 г. 
Хронологические рамки правления пяти правителей Си Ляо более-менее прояснены. 
Более  проблематичным  является  определение  даты  завоевания  Елюй  Даши  Туркестана. 
Записи  в  Ляо  Ши,  дополненные  рядом  других  источников,  дают  нам  возможность 
установить более-менее точно даты наиболее значительных событий. 
1134  г.  был  решающим  годом  в  развитии  империи  каракиданей.  Захваченные 
регионы  Восточного  и  Северного  Туркестана  были  «усмирены»;  столица  была 
установлена, после безуспешных попыток отбить старую территорию Ляо Туркестан стал 
новой  родиной.  1131  г.  был  отмечен  важными  событиями,  но,  безусловно,  его  можно 
рассматривать как подготовительный год для достижения большой цели. 
106 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
Мусульманские  источники  считают  1128  г.  как  год  первых  наступлений  гурхана; 
письмо,  написанное  в  1131  г.,  предполагает,  что  поражение  под  Кашгаром  произошло 
несколькими  годами  позже  1128  г.  Согласно  Ибн  ал-Асиру  гурхан  потерпел 
сокрушительное поражение в 1128 г. со стороны правителя Кашгара. Однако, в письме, 
направленном  от  имени  султана  Санжара  и  написанного  летом  1133  г.,  эта  битва 
упоминается  как  «недавнее  событие».  Бартольд  считает  более  успешным  один  из 
северных  маршрутов,  не  южное  наступление  против  Кашгара,  которое  провалилось. 
Фактически,  южная  экспедиция  могла  быть  только  одной  частью  широкой  кампании, 
которая  началась  и  завершилась  вдоль  северо-восточных  границ  Туркестана.  В 
мусульманских источниках упоминаются многие города и регионы, на которые нападали 
кара-китаи  (Имиль,  Баласагун,  Кашгар,  Хотан),  но  трудно  установить  эти  места  и  те, 
упоминаемые  китайскими  историками  (Pei-t’ing,  Kao-ch’ang)  в  полноценную 
совокупность времени и пространства. Pei-t’ing может быть местом расположения старого 
уйгурского  города  близ  г.  Хотунь,  в  этом  случае  Елюй  Даши  должен  был  оставаться 
поблизости от своего средоточия власти на р. Орхон до тех пор, пока он не двинулся в 
уйгурское  государство  Гаочан.  Этот  поход  в  западном  направлении  начался  в  chia-wu 
шестого месяца. В Ляо Ши упущен год, но Liang Yüan-tung подсчитал, что только 1130 г. 
может быть приемлемой датой, поскольку ни один из пяти предшествующих лет не имел 
таким образом обозначенный день в шестом месяце. Виттфогель и Фэн Цзэшэн полагают, 
что весна 1130 г. может рассматриваться как исходная точка вторжения Елюй Даши; 1131 
г. – год больших достижений; 1133 г. – год завершения успешной кампании, по крайней 
мере, что касается Восточного Туркестана. 
Авторы  монографии  оставляют  дальнейшие  исследования  по  установлению 
достоверных  дат  о  войне  с  киргизами,  населявшими  Имиль,  наступлении  на  Кашгар  и 
захват Баласагуна.  Вышеупомянутое письмо от 1133 г. определяет, что завоевание юго-
восточного  Туркестана  не  было  завершено,  но  появление  первого  правящего  титула  в 
1131  г.  предполагает  победоносный  прогресс,  возможно  в  северных  и  северо-западных 
регионах. 
В  китайских  источниках  завоевание  Трансоксании  не  получило  достаточного 
упоминания.  Мусульманские  источники  рассматривают  эту  тему  более  подробно.  Они 
однозначно  заявляют,  что  1137  и  1141  гг.  были  важными  вехами  в  создании 
победоносного господства над Западным Туркестаном. 
Что  касается  хронологии  среднего  периода  истории  кара-китаев,  то  он  освещен 
адекватно в Ляо ши. Китайские и мусульманские источники освещали также этот период. 
Завершающий  период  истории  каракитаев  также  полно  обсужден  мусульманскими 
историками.  
В  отечественной  истории  краткие  сведения  о  каракиданях  (карахытаях)  с  особым 
акцентом  на  закреплении  патриархально-феодальных  принципов  управления 
представлены  в  1-м  томе  Истории  Казахстана  [5].  Едва  ли  не  единственным 
исследованием  истории  каракиданей  в  Казахстане  является  статья  К.Ш.  Хафизовой  [6], 
освещающая  многие  аспекты  политической,  культурной  жизни  каракиданей,  личность 
императора Елюй Даши, религиозные вопросы, а также взаимоотношения каракиданей с 
соседними  государствами.  Ценность  данного  исследования  в  том,  что  Хафизова  К.Ш., 
владея  китайским  языком,  использовала  в  своей  работе  китайские  источники,  переводы 
которых выполнены самим автором. 
 
Использованная литература 
1.
 
Пиков  Г.Г.  Западные  кидани  в  истории  Средней  Азии  и  Казахстана:  Автореф. 
канд. дисс. – Новосибирск, 1986 
2.
 
Пиков Г.Г. Из истории исторической науки: Карл Август Виттфогель (1896-1988) 
// Сибирское археологическое обозрение. Вып. 1. – Новосибирск, 2001 
107 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
3.
 
Wittfogel K.A., Feng Chia-Sheng. History of Chinese Society. Liao (907 –  1125). 
Philadelphia, 1949 
4.
 
Бартольд В.В. Кара-китаи. Сочинения в 9 т. М.:  Изд-во  Восточной литературы, 
1968 
5.
 
История Казахстана (с древнейших времен до наших дней). В 4-х томах. Том 1. – 
Алматы: Атамура, 1996. – С. 416-418 
6.
 
Хафизова К.Ш. Казахстан – часть империи каракиданей // Вестник университета 
Кайнар. – 2000. - № 2. – С. 3-15 
 
   
 
 
 
ВКЛАД КАЗАХСТАНА В РАЗВИТИЕ ТЮРКСКОЙ 
ЦИВИЛИЗАЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ КАЗАХСКОГО ЯЗЫКА В 
СИСТЕМЕ ТЮРКСКИХ ЯЗЫКОВ 
Б.Р.Каримов,  
Директор Института усредненных языков и языка ортатюрк
доктор философских наук, профессор,  
академик Международной Академии Информатизации 
 
 
В  самосохранение  и  развитие  Тюркской  цивилизации  вносят  вклад  все  тюркские 
народы.  В  данной  статье  будет  рассмотрен  вклад  Казахстана  в  развитие  Тюркской 
цивилизации  и  перспективы  развития  казахского  языка  в  системе  тюркских  языков, 
Тюркской и мировой цивилизаций.  
Казахский  народ  внёс  и  продолжает  вносить  огромный  вклад  в  восстановление 
исторической памяти Тюркской цивилизации, в развитие интеграционных процессов в её 
системе,  в  развитие  взаимосвязей  Тюркской  цивилизации  с  другими  цивилизациями  в 
системе  евразийских  народов  и  мировой  цивилизации.  Казахский  народ  имел  широкую 
систему контактов и  взаимодействий со многими  урало-алтайскими, индоевропейскими, 
китайскими,  тюркскими,  славянскими  народами.  Одновременно  казахский  народ 
достаточно  устойчиво  сохранял  свои  внутренние  духовные  ценности,  свою  культуру. 
Этому  способствовало  доминирование  номадической  компоненты  в  структуре  культуры 
казахского  народа,  что  позволяло  подвергаться  меньшему  изменяющему  влиянию 
внешних  инокультурных  социальных  воздействий.  Оседлое  население  чаще  всего 
оказывается  не  способным  уйти  с  территории  завоеванной  агрессором  и  подвергается 
сильному  всестороннему  социальному  воздействию  с  его  стороны,  в  ходе  которого 
происходят  большие  изменения  в  его  языке,  культуре  и  мировоззрении.  В  отличие  от 
оседлого  населения  кочевое  население  имеет  больше  возможностей  уйти  от  удара 
агрессора,  не  стать  завоеванным  народом  и  в  большей  мере  сохранить  свой  язык,  свою 
культуру и мировоззрение. Казахский народ в большей мере, чем многие другие тюркские 
народы, сохранил тюркское ядро в системе своего языка. Это связано с тем, что казахский 
народ  является  крупнейшим  тюркским  народом  с  историческим  доминированием 
номадической  компоненты  в  своем  составе.  Этому  способствовало  и  то,  что  казахский 
народ  территориально  находится  в  центре  Тюркской  цивилизации,  в  основном  окружен 
тюркскими народами и тем самым в определенной мере защищен от нетюркских внешних 
воздействий. Казахский язык испытал воздействие многих вариантов тюркского языка, и 
кипчакских,  и  огузских,  и  карлукских,  и  алтайско-сибирских.  Впитав  в  себя  богатства 
этих  вариантов  тюркских  языков  казахский  язык  в  лексическом  аспекте  исторически 
оказался близким к большинству тюркских языков, и в этом смысле среднетюркским. Это 
проявилось  и  в  том,  что  язык  великого  Абая  (1845-1904),  являвшийся  региональным 
вариантом  литературного  тюркского  языка  «тюрки»,  оказался  наиболее  близким  к 
среднетюркскому  языку  ортатюрк,  нормативная  система  которого  выявляется 
108 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
посредством методов математической и компьютерной лингвистики в ряде современных 
исследований [1; 2; 3; 4].   
Идеи  Президента  Республики  Казахстан  Н.А.Назарбаева  о  единстве  тюркских 
народов  дали  мощный  духовно-интеллектуальный  импульс  тюркологическим 
исследованиям современных ученых и будут способствовать дальнейшим исследованиям 
последующих  поколений  ученых.  Эти  идеи  вдохновляют  ученых  в  сфере  истории, 
этнологии, лингвистики, графемики, культурологии, политологии, социологии, экологии, 
геополитики  и  философии  Тюркской  цивилизации.  Президент  Республики  Казахстан 
Н.А.Назарбаев  внес  большой  вклад  в  формирование  и  развитие  Тюркского  совета, 
Межпарламентской  Ассамблеи  тюркских  государств,  Тюркской  Академии  и  других 
интеграционных  структур  Тюркского  мира.  Н.А.Назарбаев  создал  Евразийский 
национальный  университет  им.  Л.Н.Гумилева,  Международный  Центр  алтаистики  и 
тюркологии,  в  которых  ведется  много  исследований,  посвященных  истории  древних 
алтайцев, древних тюрков, современному состоянию и перспективам развития Тюркской 
цивилизации.  Идеи  Н.А.Назарбаева  о единстве  Тюркского  мира  являются  актуальными, 
значимыми для развития тюркских народов, их  языков, письменностей, культур, науки, 
системы образования и в целом развития Тюркской цивилизации.  
После  достижения  независимости  Республикой  Казахстан  и  казахской  нацией 
делаются  большие  усилия  для  подъема  внутригосударственного  и  международного 
социального  статуса  казахского  языка.  Принята  и  проводится  в  жизнь  государственная 
программа по поддержке развития казахского языка как государственного языка страны. 
Созданы центры по обучению казахскому языку и традициям. Однако в этом направлении 
есть еще много трудностей и нерешенных проблем. Значительная часть делопроизводства 
в стране не ведется на государственном языке. Не достаточным для современного уровня 
развития  мировой  цивилизации  является  уровень  развития  терминологической  системы 
казахского  языка  и  объем  информации,  имеющейся  на  казахском  языке.  В 
межнациональной  и  в  международной  системе  коммуникации  казахский  язык 
используется недостаточно активно. В этих функциях в основном используются русский и 
английский  языки.  В  комплексе  эти  факторы  понижают  социальный  статус  и  имидж 
казахского  языка,  создавая  о  нем  ошибочное  мнение  как  о  сугубо  национальном  языке 
неконкурентоспособном с «мировыми языками».  
В  Казахстане  научные  школы  в  сфере  исторической,  этнологической  и 
лингвистической  науки  ведут  борьбу  с  ненаучным  мифотворчеством  в  сфере 
национально-государственной, этнической, языковой истории и пытаются создать научно-
обоснованную концепцию истории Казахстана, Тюркской цивилизации, казахской нации, 
тюркских  наций,  других  проживающих  в  Республике  Казахстан  наций,  и  их  языков. 
Создаются  соответствующие  фундаментальные  научные  труды,  индивидуальные  и 
коллективные  монографии,  учебные  пособия,  научные  и  популярные  книги,  брошюры, 
статьи.  Это  способствует  сохранению  межнационального,  межэтнического, 
межъязыкового и межконфессионального согласия в Республике Казахстан. 
Институт  языкознания  им.  Ахмета  Байтурсынова  Комитета  науки  Министерства 
образования  и  науки  Республики  Казахстан  является  одним  из  ведущих  центров 
лингвистических  исследований  Казахстана,  одним  из  активных  организаторов 
лингвистического  направления  научных  исследований  Республики  Казахстан  и 
Тюркского мира. В Институте проводятся 
фундаментальные и прикладные исследования 
широкого  круга  проблем  казахского  языкознания  и  тюркологии.  Коллектив  Института 
языкознания  провел  много  исследований  по  фонетике,  графемике,  грамматике, 
лексикографии,  лексикологии,  культуре  речи,  ономастике,  терминологии  казахского 
языка, а также по прикладной лингвистике, интонациологии, этнолингвистике и истории 
литературного  казахского  языка.  В  Институте  проводятся  также  исследования  по 
т
юркологии,  диалектологии;  социолингвистике,  лингвокультурологии,  когнитивной 
лингвистике, компьютерной и математической лингвистике и ряду новых направлений в 
109 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
языкознании. 
Институт  играет  ведущую  роль  в  подготовке  и  издании  многотомных, 
толковых,  терминологических,  орфографических,  двуязычных,  многоязычных  словарей. 
Коллектив Института языкознания организовал плодотворную работу и выступил ядром 
общереспубликанского  авторского  коллектива  фундаментального  академического 
современного  15-томного  словаря  казахского  языка.  Этот  словарь  служит  развитию  не 
только  казахского  языка  и  казахского  языкознания,  но  и  развитию  тюркских  языков  и 
тюркского  языкознания.  Поэтому  ряд  ведущих  членов  авторского  коллектива  этого 
словаря  являются  видными  учеными-лингвистами  не  только  Казахстана,  но  также  и 
видными учеными Тюркского мира. 
Исследованию развития государственного языка, его 
статуса  и  соотношения  с  национальными,  региональными,  международными  языками  в 
Институте  уделяется  особое  внимание.  Руководство  Института  языкознания  приняло 
активное  участие  в  работе  республиканской  комиссии,  которая  занимается  разработкой 
теоретических  и  практических  подходов  к  переходу  казахского  языка  с  алфавита, 
основанного на кириллице на алфавит, основанный на латинице. Институтом языкознания 
подготовлены несколько вариантов казахского алфавита на основе латиницы, проделана 
большая научно-исследовательская, научно-организационная, просветительская, духовно-
идеологическая  работа,  изучен  региональный,  тюркский  локально-цивилизационный 
(Турция,  Узбекистан,  Азербайджан,  Туркменистан)  и  мировой  опыт  по  этому 
фундаментальному  вопросу  в  социальной,  информационной,  коммуникационной, 
духовной,  языковой  жизни  народа  Республики  Казахстан  и  казахской  нации.  Институт 
языкознания  содействует  таким  новым  и  очень  важным  в  процессе  формирования 
мировой информационной цивилизации направлениям в лингвистике как математическая 
и  компьютерная  лингвистика.  Видный  ученый  Казахстана  доктор  филологических  наук 
А.Х.Жубанов  со  своими  учениками  плодотворно  работает  в  Институте  языкознания  и 
продолжает  деятельность  видного  казахского  ученого  доктора  филологических  наук, 
кандидата физико-математических наук К.Б.Бектаева. В Институте группа исследователей 
во  главе  с  член-корреспондентом  Академии  Наук  Казахстана  З.М.Базарбаевой 
разрабатывает  интонациологию  казахского  языка,  что  способствует  разработке 
интонациологии каждого из тюркских языков, что значимо для всего Тюркского мира. В 
Институте языкознания ряд ученых во главе с видным ученым-лингвистом Казахстана и 
Тюркского мира профессором А.Жунисбеком разрабатывают фонетику казахского языка, 
выдвигают значимые для всего Тюркского мира идеи по развитию исследований в сфере 
фонетики тюркских языков. 
Для  прорывного  ускоренного  повышения  социального  статуса  казахского  языка  в 
Республике  Казахстан  и  мировом  сообществе  требуются  оригинальные  нестандартные 
решения, так как стандартные решения не дают ожидаемого эффекта, несмотря на очень 
большие  выделяемые  средства,  в  сроки  требуемые  стремительным  темпом  современной 
социальной жизни. 
В ходе проводимых нами исследований по усредненным языкам и языку ортатюрк 
[1;  2;  3;  4]  и  в  деле  продвижения  этой  концепции  как  концепции,  способствующей 
развитию всех тюркских языков [5; 6; 7], и, в частности, казахского языка и языка Абая [8] 
нам  помогала  духовная,  научная  и  научно-организационная  поддержка  таких  видных 
ученых-лингвистов  Казахстана  как  К.Б.Бектаев,  А.Х.Жубанов,  А.Жунисбек, 
М.М.Малбаков, З.М.Базарбаева, О.Жубаева, К.Торели и многих других. 
Предки  казахской  нации,  находясь  в  сердцевине  Алтайской  и  Тюркской 
цивилизаций,  и  поэтому  будучи  в  значительной  мере  защищенными  от  воздействия 
нетюркских геополитических акторов, а также в течение тысячелетий живя с доминантой 
кочевого  образа  жизни,  позволяющего  избегать  колонизированного  состояния,  смогли 
сохранить  очень  многие  древние  общетюркские  компоненты  в  своем  языке.  Поэтому 
казахский  язык  будет  в  значительной  мере  близок,  особенно  в  лексическом  плане,  к 
среднетюркскому языку ортатюрк [8]. 
110 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
Цель  предлагаемого  проекта:  Обеспечить  научную  основу  для  прорывного 
инновационного 
модернизационного 
повышения 
внутригосударственного 
и 
международного  социального  статуса  казахского  языка  посредством  создания 
близкородственного  среднетюркского  языка  ортатюрк,  имеющего  потенциальные 
возможности для превращения в международный язык признаваемый ООН [1; 2; 3; 4; 5; 6; 
7].  Для  достижения  этой  цели  требуется  решение  следующих  задач:  1)  создать 
среднетюркский  язык  ортатюрк;  2)  создать  координированную  и  унифицированную 
систему  алфавитов  национальных  тюркских  языков  и  языка  ортатюрк;  3)  создать 
координированную терминологическую систему тюркских языков и языка ортатюрк [9]; 
4)  развить  информационные  ресурсы  на  языке  ортатюрк  и  национальных  тюркских 
языках, в том числе на казахском языке [10]. 
Языку ортатюрк можно придать статус понятного языка [11; 12] в ряде государств 
Тюркской  цивилизации.    При  осуществлении  этого  процесса  преобразований  в  статусе 
языков  для  научного  обоснования  целесообразно  использовать  методику  определения 
меры  количественной  близости  национальных  языков  к  языку  ортатюрк  [13].  В  других 
этнолингвистических локальных цивилизациях можно действовать аналогично. 
Среднетюркский язык ортатюрк в лексическом аспекте будет близок к языку Абая 
(1845-
1904),  одного  из  последних  классиков  Тюркской  цивилизации,  писавших  на 
региональном  варианте  литературного  языка  «тюрки»,  который  был  среднетюркским  и 
общетюркским языком той эпохи. Этот великий язык Тюркской цивилизации в 1924 году 
был  юридически  превращен  в  мертвый  язык,  не  имеющий  социального 
функционирования в значимых сферах жизни общества и государства. На всех активных 
сторонников  сохранения  единства  тюркского  языка,  тюркского  народа  и  Тюркской 
цивилизации большевики навесили ярлык «пантюркист», объявили их «врагами народа» и 
жесточайшим  бесчеловечным  образом  преследовали  и  уничтожали  [14].  Эта 
шовинистическая,  отрицающая  право  наций  на  самоопределение  акция  была 
осуществлена  в  ходе  так  называемого  «национально-государственного  размежевания» 
произведенного посредством массового террора под руководством Сталина без выявления 
свободного  волеизъявления  народа  Туркестана  и  тюркских  народов.  Но  те,  которые 
желали  уничтожить  и  думали,  что  уничтожили  языковое  единство  Тюркской 
цивилизации,  ошиблись.  Создание  языка  ортатюрк  выступает  как  оживление  великого 
тюркского языка «тюрки», выведение его из состояния «клинической смерти» с помощью 
современных  методов  математической  и  компьютерной  лингвистики,  современных 
средств информационной цивилизации. Это фундаментальное лингвистическое единство 
Тюркской цивилизации независимые тюркские народы смогут восстановить. 
Реализация  предлагаемого  нами  проекта  создания  языка  ортатюрк  и 
совершенствования  системы  функционирования  тюркских  языков  и  письменностей 
выступила бы как фактор прорывного, инновационного, модернизационного социального 
развития государств и наций, входящих в Тюркскую, Центрально-азиатскую цивилизацию 
и мировой цивилизации. 
Для  социально-экономического  развития  Казахстана  выполнение  данного  проекта 
имело бы большое значение, так как позволило бы оперативно, без очень больших затрат 
собственных ресурсов, коллективными усилиями всех тюркоязычных народов и структур 
ООН,  получать  основную мировую  информацию  и передавать миру  свою  информацию 
на  близкородственном  мировом  языке  ортатюрк.  Это  подняло  бы  социальный  статус  и 
имидж  казахского  языка  почти  до  уровня  международных,  мировых  языков.  В  свою 
очередь,  это  привело  бы  к  повышению  и  его  внутригосударственного  социального 
статуса.  
Возможны  следующие  негативные  последствия  в  случае  отказа  от  данной 
программы.  Будет  упущена  стратегически  важная  историческая  и  геополитическая 
возможность  самосохранения  и  успешного  саморазвития  Казахстана,  казахской  нации  и 
казахского  языка  на  основе  опоры  на  сотрудничество  и  взаимопомощь  родственных 
111 
 

Қазақ өркениеті / Казахская цивилизация. №2, 2015 ж. 
 
тюркских  народов.  Казахский  язык,  может  быть,  будет  оттеснен  из  основных  сфер 
социальной жизни такими международными, мировыми языками как русский, английский 
и китайский языки или подвергнется их очень сильному деформирующему воздействию. 
В  результате  этого  языковая,  национальная  и  государственная  идентичность  населения 
Казахстана  может  испытать  большие  колебания  и  стать  нестабильной  в  процессе 
глобализации  и  мощного  воздействия  нетюркских  геополитических  акторов.  Это 
противоречит  национальным  интересам  и  национальной  безопасности  Казахстана  и 
казахской нации. 
Казахстан вносит большой вклад в развитие Тюркской цивилизации и это открывает 
в свою очередь широкие перспективы для развития казахского языка в системе тюркских 
языков. 

1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   25


©emirb.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал