№1(53)/2009 Серия филология



жүктеу 5.01 Kb.
Pdf просмотр
бет4/12
Дата26.01.2017
өлшемі5.01 Kb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

          Национальное 
 
универсальное 
 

28 
Итак, текст строится и воспринимается по определенным канонам, эти каноны представляют со-
бой  некие  предварительные  обобщения  и  экстралингвистические  знания,  являющиеся  решающим 
фактором  при  установлении  смысла  сообщения.  В  данном  вопросе  ведущую  роль  играет  понятие 
пресуппозиции. В общем случае под пресуппозицией в лингвистике понимается молчаливая предпо-
сылка, предварительный договор, условия удачи (happiness conditions), которые позволяют речевому 
высказыванию реализовать свою коммуникативную функцию, но не находят в нем непосредственно-
го выражения, или внеречевые условия, обеспечивающие правильное понимание речевых актов или 
высказываний.  При  построении  текста  часть  элементов  отображаемого  фрагмента  системы  знаний 
получает вербальную экспликацию, а большая часть остается в области пресуппозиций. Получивших 
непосредственное  выражение  в  тексте  элементов  и  знаний  должно  быть  достаточно  для понимания 
текста при восприятии теми адресатами, для которых создается речевое произведение, т.е. и для вы-
явления пресуппозиций текста. 
Общение людей представляет собой «игру», по выражению В.З.Демьянкова: «…Процесс обще-
ния состоит в том, чтобы получить необходимое множество интерпретаций и совершить определен-
ные ходы в соответствии с правилами протекающей «игры» — вида общения», «тот факт, что люди 
могут участвовать в одной и той же игре, придерживаясь каждый своих правил игры, можно объяс-
нить тем, что между множеством интерпретаций ходов в течение одной и той же игры у одного уча-
стника  и  аналогичным  множеством  интерпретаций  другого  участника  существует  изоморфизм, 
вследствие  того,  что  множества  «учебных»  типовых  игровых  ситуаций  участников  пересекаются» 
[12; 109]. Поэтому свойственный языку способ концептуализации действительности, с одной сторо-
ны, универсален, с другой — национально специфичен. «Игра» коммуникации заключается в исполь-
зовании  разными  людьми  (будь  то  люди  одной  или  разных  национальностей)  одинаковых  или  схо-
жих условий передачи информации и восприятия её. Общение соотносится с человеческой деятельно-
стью, которая является одновременно и универсальной, и национально-специфичной. Эти ее свойства 
определяют как своеобразие языковой картины мира, так и ее универсальность. Как известно, творит 
культуру и живет в ней человек, личность. Именно в личности на передний план выходит социальная 
природа человека, а сам человек выступает как субъект социокультурной жизни. «Само существова-
ние единого для всех языков набора представлений, возможно, со своими, пока еще не изученными 
правилами аранжировки еще не вполне оценено по достоинству. Тем не менее, мне кажется, что по-
добные  общие  представления  являются  необходимым  средством  для  передачи  идей  посредством 
языка; они управляют законами коммуникации и образуют в некотором смысле универсальный язык, 
вход в который обеспечивается различными конкретными языками» [10; 205]. 
Таким  образом,  пресуппозиционная  база  включает  в  себя  парадигму  универсального  и  нацио-
нального, прямо или опосредованно отраженную в синтезе знаний, составляющих предпосылку. На 
основе  этой  парадигмы  и  выстраивается  смысловая  база  высказываний,  включенных  в  коммуника-
тивный процесс. Всякое знание проходит путь национальной обусловленности, включаясь в универ-
сальный культурный контекст, и наоборот, универсальные коды, содержащиеся в знании накладыва-
ются  на  национальную  почву,  на  которой  вырастает  национально-культурное  осмысление  того  или 
иного явления действительности. Так, например, произнося пословицу «Аппетит приходит во время 
еды»,  мы  даже  не  задумываемся,  что  она  имеет  французское  происхождение  (из  романа  Ф.Рабле 
«Гаргантюа и Пантагрюэль») и первоначально использовалась только в языковом и понятийном про-
странстве французов, но универсальность ее смысла легко легла на почву других культур и прочно 
закрепилась в них, так как отражает универсальное ощущение человека, связанное с приемом пищи 
(в первоначальном смысле, а затем и в переносном — начиная какое-либо дело, у человека появляет-
ся задор, чтобы продолжить его), которое не зависит от национальности или этнической принадлеж-
ности. Она практически одинаково звучит на многих языках: франц. — l’appétit vient en mangeant, нем. 
— Der Appetit kommt beim Essen, англ. — Appetite comes with eating, польск. — Apetyt rośnie (wzrasta) w 
miarę jedzenia, белорус. — Апетитът  идва  с  яденето,  рум. — Pofta vine mîncînd, датск. — appetitten 
kommer mens man spiser, итал. — l’appetito viene mangiando, испан. — El apetito viene al comer и т.д. А 
вот понятие «голоден как волк» имеет свой национальный окрас, видимо, связанный с особенностями 
жизни  людей  в  разных  местах  Земли,  их  бытованием,  окружающей  их  действительностью  и  отсюда 
мировидением, но ощущение «зверского голода» остается одинаковым у людей разных национально-
стей. Только немец голоден как медведь (Bärenhunger), англичанин — как охотник (hunter), французы 
схожи с русскими — Une faim de loup (быть голодным как волк), также  видят  голод  и итальянцы — 
Aver una fame da lupi, и т.д. 
Вплетаясь в предтекстовое знание, национальное и универсальное выстраивают свои коды смы-
слового наполнения высказываний, и пресуппозиция различает компонент универсальности и нацио-
нальной окрашенности указанных видов предпосылок. 

29 
Отсюда становится возможным выделение не только семантических, синтагматических, прагма-
тических и т.д. пресуппозиций, но и их универсально-общечеловеческих и национально обусловлен-
ных подтипов. 
 
Список литературы 
1.  Грушевицкая  Т.Г.,  Попков  В.Д.,  Садохин  А.П.  Основы  межкультурной  коммуникации:  Учеб.  для  вузов  под  ред. 
А.П.Садохина — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. — 352 с. 
2.  Зверинцев А.Б. Коммуникационный менеджмент: рабочая книга менеджера PR. — 2-е изд., испр. — СПб.: СОЮЗ, 1997. 
— 287 с. 
3.  Почепцов Г.Г. Теория коммуникации. — М.: Изд-во «Рефл-бук», К.: Изд-во «Ваклер», 2001. — 656 с. 
4.  Спивак В.А. Корпоративная культура. Теория и практика. — М.: Изд-во «Питер», 2001. — 352 с. 
5.  Вердербер Р, Вердербер К. Психология общения. 11-е междунар. изд. — СПб.: Изд. дом «Нева». — М.: Олма-Пресс, 
2005. — 318 с. 
6.  Айтмаганбетова О.Х. Основы этнопсихологии. — Алматы: Изд. центр «Литера», 2003. — 177 с. 
7.  Маслова  В.А.  Лингвокультурология:  Учеб.  пособие  для  студентов  высш.  учеб.  завед. — М.:  Изд.  центр  «Академия», 
2001. — 208 с. 
8.  Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация: Учеб. пособие — М: Слово, 2000 — 260 с. 
9.  Ионова С.В. Эмотивность текста как лингвистическая проблема: Автореф дисс... канд. филол. наук. — Волгоград, 1998. 
— 14 с. 
10.  Вежбицкая  А.  Семантика,  культура  и  познание:  общечеловеческие  понятия  в  культурноспецифичных  контекстах // 
Thesis. — Вып. 3. — М., 1993. — С. 185–206. 
11.  Жинкин Н.И. О кодовых переходах во внутренней речи // Жинкин Н.И. Язык — речь — творчество. (Избр. тр.) — М.: 
Лабиринт, 1998. — С. 146–162. 
12.  Демьянков В.З. Интерпретация текста и стратагемы поведения // Семантика языковых единиц и текста (Лингвистиче-
ские и психолингвистические исследования). — М.: Ин-т языкознания АН СССР, 1979. — С. 109–116. 
 
 
 
 
УДК 80.2 
М.Б.Оспанова 
Медицинская академия, Астана 
БИЛИНГВАЛЬНАЯ  ЯЗЫКОВАЯ  ЛИЧНОСТЬ 
В  ПРОЦЕССЕ  ФОРМИРОВАНИЯ  ВТОРИЧНОЙ  ЯЗЫКОВОЙ  СПОСОБНОСТИ 
Мақала  екінші  тілді  үйренушінің  қабілетін  қалыптастыру  мəселесіне  арналған.  Қарым-
қатынас  үрдісінде  қостілдік  тұлғаның  сөйлеу  тəртібі  қарастырылып,  оның  екінші  тілдегі 
қызметі талданады. 
The article analyzes speech behaviors of bilingual language personality in the process of the forma-
tion of secondary language ability and its readiness to speech activity in second language. The order 
of speech activity of bilingual language personality in the process of communication is thoroughly de-
scribed and its function in the second language is analyzed. 
 
Для более полной характеристики билингва следует также рассмотреть и уровень речевой и язы-
ковой  компетенции  билингвальной  языковой  личности  во  втором  языке,  изучить  языковую  способ-
ность его продуцировать тексты различной степени, показывающие уровень его подготовленности во 
втором языке, степень овладения вторым языком, в том числе и на уровне переводческой компетент-
ности.  В  этом  случае  билингвальную  языковую  личность  можно  охарактеризовать,  во-первых, «с 
точки зрения его готовности воспроизводить речевые поступки, создавать и принимать произведения 
речи» [1; 1], во-вторых, по степени реализации и сформированности языковые способности, рассмот-
рев  второй  язык  билингва  как  градуально  измеряемую  человеческую  способность.  И  в  этом  случае 
языковую личность можно рассмотреть, вслед за Г.И. Богиным, как структуру, а язык в качестве суб-
страта этой структуры. По мысли Г.И.Богина, упрощенная исходная модель языковой личности име-
ет  параметрический  характер  и  содержит 60 компонентов-готовностей,  получаемых  «перемножени-
ем»  трех  параметров:  уровней  языка  (фонетика,  грамматика,  лексика),  типов  человеческой  деятель-
ности (чтение, письмо, аудирование, говорение) и уровней развития языковой личности (от низшего к 

30 
высшему:  правильность,  интериоризация,  насыщенность,  адекватный  выбор,  адекватный  синтез) 
[1; 10]. 
Языковая  способность  понимается  А.А.Леонтьевым  как  «специфический  психо-физио-
логический механизм, формирующийся у каждого носителя языка на основе нейрофизиологических 
предпосылок  и  под  влиянием  речевого  общения» [2; 315]. Языковая  способность  обеспечивает  «ус-
воение, производство, воспроизводство и адекватное восприятие языковых знаков членами языкового 
коллектива» [2; 315]. 
При таком понимании языковая способность и социальная природа ее оказываются конституи-
рующей характеристикой. Если отвлечься  от психофизических сторон языковой  способности, кото-
рая является предпосылкой ее развития, то можно с определенной степенью ответственности считать 
процесс  формирования  языковой  способности  личности  эквивалентным  процессу  присвоения  куль-
туры общества в опосредствованном виде в форме языковых знаков в рамках межличностного обще-
ния.  Социальная  природа  языковой  способности  определяется  тем,  что  она  формируется,  с  одной 
стороны, в процессе усвоения системы языковых знаков, в которой смоделировано социальное бытие 
людей,  а  с  другой  стороны,  решающую  роль  играет  форма  деятельности,  создающая  предпосылки 
для  этого  усвоения — межличностное  общение.  Значение  языковых  знаков  в  обобщенной  форме 
фиксирует исторический опыт людей о явлениях природы. Общение через систему языковых знаков, 
т.е.  опосредованное  личностью,  присваивает  человеческий  способ,  существует  в  экзотерической 
форме и способствует овладению опредмеченных в знаках явлений культуры. Языковые знаки и спо-
собы оперирования ими, прежде чем стать основой формирования языковой способности у личности, 
уже существовали в межличностном общении и уже были обусловлены историческим опытом людей, 
зафиксированы  в  явлениях  материальной  и  духовной  культуры  и  отображены  в  языковых  знаках 
[3; 262–263]. 
Для  выявления  языковой  способности  билингвальной  социокультурной  личности  во  втором 
языке мы предлагаем использовать модель лингвокоммуникативной языковой способности билингва 
ко второму языку. Эта модель включает в себя несколько уровней биязыковой компетентности лич-
ности  во  втором  языке.  Первый  уровень  показывает  недостаточную  степень  овладения  им  вторым 
языком. Когда уровень знания им второго языка невысок, он проявляет «ущербную компетентность» 
во втором языке [4], что приводит к проявлению фонетической интерференции, которая рассматрива-
ется «как двусторонний процесс, поэтому произносительные ошибки — это результат влияния звуко-
вой системы родного и неродного языков, лексической интерференции». Это ошибки на уровне лек-
сико-семантическом,  обусловленном  множеством  факторов,  это  и  фактор  несовпадения  семантиче-
ского объема лексем казахского и русского языков вследствие неадекватности «национальных смы-
слов слов». А.А.Леонтьев, рассматривавший смысл как аналог значения, считал, что смысл является 
формой реального существования значения слова в мышлении носителя языка. Значение слова — это 
то, что открывается в предмете или явлении объективно — в системе объективных связей, отноше-
ний,  взаимодействий.  Значение  отражается,  фиксируется  в  языке  и  приобретает  благодаря  этому 
устойчивость» [2; 288]. 
Но значение реально существует, осознается носителями языка в определенной деятельности и в 
ней приобретает субъективный для каждого смысл. Если принимать во внимание, что значения слов 
(речевых действий) осознаются в деятельностях, каждая из которых в той или иной мере несет черты 
национальной  специфики,  то  вполне  оправданно  говорить  о  рациональных  смыслах  слов,  речевых 
действий и т.п. 
Возникают  интерференционные  ошибки  и  по  причине  отсутствия  в  отдельных  языках    слов-
реалий, отражающих национальные особенности быта и культуры какого-либо народа и содержащих 
фоновую информацию [5; 35]. 
На начальной стадии билингвизма весьма часто допускаются различного рода интерференцион-
ные ошибки вследствие смешения и неразличения звуков чужого языка (реинтерпретация, недодиф-
ференциация, субституция и др.) [6]. 
Допускаются также разнообразные грамматические ошибки, причем больше ошибок подобного 
рода допускается при овладении формальными категориями иного языка. З.К.Ахметжанова подчер-
кивает,  что  «при  овладении  семантически  значимыми  грамматическими  категориями  вторичного 
языка билингв имеет возможность отталкиваться от мыслительного содержания этих категорий, ко-
торое так или иначе передается в первичном языке. При изучении же формальных классов такой опо-
ры у билингва  нет: в  этом  отношении каждый  язык — уникальное явление. Естественно предполо-
жить,  что  билингв  допустит  большую  интерференцию  при  использовании  семантически  полноцен-

31 
ных  грамматических  категорий.  Причем  степень  интерференции  при  использовании  формальных 
классов прямо пропорциональна степени их семантической опустошенности» [7; 63]. 
Допущение различного рода интерференционных ошибок связано, во-первых, с несформирован-
ностью механизмов билингвизма, неадекватностью степени мыслительной деятельности на первом и 
втором языках. Когнитивный механизм речевой и языковой способностей билингва ко второму языку 
проявляется в том, что на первом уровне еще не формируется полностью мыслительная деятельность 
на  втором  языке,  имеется  разрыв  между  мыслительной  деятельностью  и  речевыми  возможностями 
человека, так как разные языки не могут в равной степени выполнять функции формирования мысли 
и  ее  реализации  в  слове,  речи.  Большинство  проверенных  фундаментальных  данных  указывает  на 
создание  в  ходе  практической  интеллектуальной  деятельности  умственной  (концептуальной)  базы 
мышления  человека.  Эту  базу  составляют  собственные  впечатления  индивида  о  мире,  его  личный 
опыт, а также социальный опыт, переданный в процессе социализации при самом активном участии 
речевой и другой коммуникации. Привносимый в психику индивида из среды национального языка, 
«будучи  чрезвычайной  прибавкой»,  опыт  организует  коммуникативные  возможности  и  мышление 
индивида,  но  так,  что  в  психике  возникают  универсальные,  независимые  от  индивида  специфики 
«картины мира», подчиненные опыту и объективным законам сущего. На этой базе возникает и раз-
вивается, корректируется и осмысляется система любого национального языка. 
При естественном билингвизме на одной и той же базе формируются две равноправные систе-
мы: при функционировании одной из них вторая «затормаживается». При естественном билингвизме 
может иметь место непосредственный билингвизм, когда вторичная языковая система прямо связана 
с мышлением. 
При искусственном билингвизме такое торможение возможно, когда в новой языковой системе 
нет пробелов, когда сформированы «бессознательные автоматизмы связи между означаемым (общим) 
и означающим (новым) [8; 20]. До тех пор дефицит средств новой системы понуждает к использова-
нию средств уже хорошо сформированной компетенции (первый язык). Это обнаруживается в явле-
ниии  интерференции.  В  этом  случае  мы  имеем  дело  с  проявлением  опосредованного  билингвизма, 
когда вторичный язык соотносится с мышлением через первичный язык (язык, имеющий сформиро-
ванную компетенцию). По мнению А.Е.Карлинского, следует говорить о двух компетенциях— ком-
петенции Я
1
 и Я
2

Смешение элементов двух компетенций осуществляется в речевой деятельности. Две компетен-
ции, как бы сосуществующие в памяти билингва, неодинаковы по статусу (компетенция Я
1
 наиболее 
полно  отражает  существенные  черты  данной  языковой  системы,  компетенция  Я
2
 — ущербная).  В 
процессе  речевой  деятельности  недостающие  единицы  и  правила  Я
2
,  необходимые  для  интерпрета-
ции  и  порождения  речевых  произведений  на  другом  языке,  восполняются  за  счет  единиц  и  правил 
компетенции Я

[4; 52]. 
На  данном  уровне  языковая  способность  билингва  проявляется  в  овладении  субординативным 
типом  билингвизма,  когда  он  воспринимает  второй  язык  через  призму  родного.  При  этом  понятия 
соотносятся с лексическими единицами родного языка, а последние — с единицами второго языка. В 
силу  естественного  различия  семантических  структур  двух  языков  при  порождении  и  восприятии 
текста на втором языке неизбежны ошибки. 
Следует также помнить, что на первом этапе реализации языковой способности ко второму язы-
ку развитие умений и навыков владения первичной и вторичной языковыми системами осуществля-
ется с разных исходных точек. Умения и навыки владения языковой системой родного языка в значи-
тельной  мере  уже  сформированы  у  учащихся,  идет  процесс  их  совершенствования.  В  то  же  время 
умения  пользования  языковой  системой  изучаемого  языка  находятся  в  начальной  стадии  становле-
ния. Процесс развития навыков пользования двумя языковыми системами идет в одном направлении, 
но его фазы не совпадают. Продвинутому этапу формирования умений и навыков владения родным 
языком, как правило, соответствует начальный этап становления умений пользования русской речью. 
На низшем уровне компетентности билингва еще вырабатывается перцептивный эталон, опреде-
ляемый  А.М.Шахнаровичем,  В.И.Голодом  «как  первичная  обработка  информации,  как  начало  фор-
мирования когнитивных структур» [9]. 
Как  видим,  на  первом  уровне  формирования  языковой  способности  у  билингва  наблюдается: 
1) ущербная компетентность во втором языке, что предполагает появление интерференционных оши-
бок; 2) несформированность когнитивных механизмов на втором языке; 3) недостаточная сформиро-
ванность навыков; 4) пассивный билингвизм. 

32 
Пассивный билингвизм — это такое владение вторым языком, когда индивид его понимает, но 
текстов на нем практически не порождает. Приведем примеры пассивного двуязычия, когда билингв 
в некоторой степени понимает высказывания партнера, но сам тексты  на втором языке не произво-
дит,  не  порождает  или  допускает  в  тексте  на  втором  языке  различного  рода  интерференционные 
ошибки, например: «Прошу вас подсадиться, — немец указал мне на один из стульев за немалень-
ким  столом. — Предложит  вам  кафэ?  Тчай? — От  кофе  не  откажусь. — Айн  момент» (А.  и 
С.Литвиновы.  Заговор  небес,  с.189); «Эта  есть  моя  супруга, — он  указал  отполированным  ногтем, 
покрытым бесцветным лаком, на Валентину. — Я видеть ее вчера в гошпиталь» (А. и С.Литвиновы. 
Заговор  небес,  с.190); «Она  не  находится  в  сознании…  у  тары  быль  очень  сильны…  перелом  рука-
ногаСильный эршютерунг харн (рэйн-шок)» (А. и С.Литвиновы, с.189); «- Шай, сахар иес. Клеб, ка-
лаш  иес.  Бог  даста,  баба  помирал  не  дам! — такими  словами  Байжан  проводил  Быкова» 
(Г.Мусрепов. Пробужденный край, с.187). 
Модель  второго  уровня  развития  языковой  способности  показывает,  что  билингв  овладевает 
умением продуцирования текстов на втором языке и переходит от восприятия — перцептивного эта-
лона — зафиксированного в опыте обобщения перцептивных характеристик объекта, образа предме-
та, в том числе отраженного в тексте, к формированию представления. Представление — это зафик-
сированное в опыте обобщение предметов по их функции в деятельности. Речь идет об одной из ос-
новных оперативных единиц субъективной семантики, поскольку представление — функциональное 
обобщение,  являющееся  редукцией  перцептивных  характеристик  образа.  Одним  из  этапов  развития 
представления  является  формирование  общего  образа,  который  нельзя  считать  понятием  в  строгом 
смысле  из-за  недостаточной  абстрактности.  Представление,  т.е.  образ,  фиксирует  наиболее  полную 
картину когнитивного развития индивида [9; 53]. На уровне устранения ущербной компетентности во 
втором языке индивид старается не допускать интерференции. На этом этапе уровень сформирован-
ности двуязычия приближается к координативному, однако, достигает его в редких случаях. Связано 
это не только с тем, что трудно предупредить ошибки интерференционного характера. Причиной мо-
жет  быть  недостаточная  устойчивость  умения  осуществлять  в  сжатые  сроки  анализ  текста  (при  ре-
цептивных видах речевой деятельности) и умения логического построения высказывания (при репро-
дуцировании и продуцировании). В процессе говорения на изучаемом языке билингв медленно овла-
девает  логичностью изложения и аргументацией  высказанной точки зрения с помощью фактов. Би-
лингв также медленно овладевает умением вычленять главную идею или ряд основных идей, он мо-
жет только догадываться о сказанном, например: «Афанасьевич подошел к Жаныл, которая понрави-
лась ему своей веселой приветливостью, и заговорил с ней на ломаном казахском языке: 
− Аул казах жигит бар? 
− Что он сказал? — засмеялась Жаныл, повернувшись к остальным. 
− Понял кто-нибудь? 
− Кажется, спрашивает, есть ли в ауле жигиты! — догадалась Одек. 
Афанасьевич поспешно закивал головой, услышав ее слова. Он немного понимал по-казахски и 
лучше  других  своих  спутников  знал  казахов.  Еще  в  прошлом  году  он  приезжал  в  Семиречье  «ходо-
ком» и пробыл там год, выбирая места для переселения земляков и присматриваясь к жизни в этих 
краях» (М.Ауэзов. Путь Абая, с.180–181); «-Но тебя же схватили за то, что ты сын степи — казах. 
− Нет, аксакал, не за это. 
− За что же, джигит? 
− За то, что я джатак. За то, что нет у меня ни своей юрты, ни коня своего, ни своего очага… 
− Друс. Друс, — сказал Федор, отлично понимавший по-казахски, и он тут же наспех перевел 
Салкыну смысл разговора» (К.Шухов. Горькая линия, с.218). 
Билингв непрестанно пополняет свой словарный запас и совершенствует его, ср.: «Тағы да аса 
маңызды  жетістігім  бар...  Жүрген  орта,  тұрмыс  қажеттігі  ерікке  қоймайды  екен,  қазақ  тілін  ептеп 
үйрене  бастадым.  Қазақ  тілі  барған  сайын  жаныма  жағып,  қаныма  араласа  бастағанын  кейінгі 
кезде мықтап сезініп жүрмін«Рақмет», «жолдас» деген қасиетті екі сөзден бастаған тіл қорым 
бұл кезде едəуір молайып қалған сияқты» (С.Омаров. Бақыт шынары, 35 б.). 
Ущербная компетентность исчезает по мере овладевания вторым языком, ср.: «- Ох, грешница я! 
— сказала Маша и быстро перекрестилась. — А где ваша молодая апа, апа-маржа
− Что ты говоришь! Какая я маржа! Это ты маржа
− А что такое по-вашему маржа
− Женщина, русская женщина

33 
 
− Ну, ничего страшного нет. Ошибка небольшая. Давай я тебя буду звать «соседка-апай»? Хо-
рошо? А ты мне какое дашь имя? 
− Соседка Маруся. Или нет... Буду звать тебя «абысын»! Ведь соседей надо уважать, Как можно 
жить  с ними в  ссоре? — Толкынай  внимательно  оглядела  крепкую  фигуру Маши, ее  темные 
волосы, улыбающиеся карие глаза, румяные щеки. Соседка Маруся. Ты не похожа на русскую. 
Да и по-казахски хорошо говооришь» (Г.Сланов. Степь да степь, с.376). 
На  этом  уровне  билингвы  овладевают  в  некоторой  степени  культурными  навыками — 
культурными традициями, обычаями, ср.: «- Аман—здравствуй, — ответил, тревожно приглядываясь 
к Федору жигит. — Ну, как руки, ноги здоровы
− Рука и ноги мои здоровы, — ответил жигит. 
− А  здоров  ли  твой  скот? — спросил  по  степному  обычаю  Федор» (И.Шухов.  Горькая  линия, 
с.431); «Тыңдамасқа шарам қайсы? — деді де, Ниетқабыл Клавдия-мамашаның бөлмесіне кіре 
беріп: 
Добрая ночь! — деді. Қош келдің, сынок!» (Ғ.Сланов. Дөң асқан, 98б.)»; «Осы кезде өзіне жуық 
бір тоқтыны сүйреп, Амантай үйге кірді. — Ал, тамыр, бата қайырасың! Қазақ арасында көп жүріп, 
əбден қазақдар болып алған Левенштерн қашқан да, қысылған да жоқ. — Қазақ шахтерлері көбейе 
берсін! — деп кəдуілгі қазақша бетін сипады» (С.Шаймерденов. Жыл құсы, 146 б.). 
На  третьем  уровне  актуализации  модели  развития  биязыковых  способностей  билингв  хорошо 
владеет вторым языком, бегло говорит на нем, знает множество пословиц, поговорок, например, «Ой, 
директордың шофері, жүрсеңші! — деді Степан Злобин тап-таза қазақшалап» (М.Сүндетов. Қызыл-
ай, 283 б.); «Судаков  дөңес  мұрынды,  шүнірек  көк  көз,  жылы  жүзді.  Одан  өзге  Жайық  бойының 
қазақ-орыстарында  бар  күрек  сақал,  жебелі  мұрт  мұнда  жоқ.  Ерні  де  жұқа,  екі  езуінде  өмірі 
жазылмайтын  айқасты  əжім  жатыр.  Əлгі  сəуленеді  де  тұрады.  Қазақ  тіліне  жүйрік;  əр  сөзі  теңеу, 
мақал-мəтел. Салт-жоралғысына да жетік» (С.Сүндетов. Ескексіз қайық, 171 б.); «Оставаясь в ду-
ше русским человеком, тонким интеллигентом по воспитанию, Комаров глубоко чтил обычаи народа
среди которого он возрастал. Академик в дружеском застолье пел песни и думы степняковВ квар-
тире Дмитрия Викторовича имелся редкостный набор старинных домбр. К нему собирались друзья: 
послушать их грустные звучания. И старые степняки не в шутку толковали об ученом металлурге. В 
Комарове больше казаха, чем в любом здешнем аксакале» (М.Сарсекеев. Взрыв, с.52). 
На  четвертом  уровне  развития  языковых  способностей  билингв  знает  не  только  разговорную 
форму  существования  второго  языка,  но  и  овладевает  нормами  литературного  языка.  У  него  уже 
сформирован тезаурус, включающий в себя знания функциональных стилей — подсистем литератур-
ного языка. Поэтому билингв может переключаться с одной формы языка на другую, проявляя себя в 
качестве билингва-диглосса, например: «- Я думаю, Ибрагим Кунанбаевич, что мы с вами в ближай-
шее время услышим о начале войны между Россией и Японией. Так заключил Павлов свое сообще-
ние о необычайных событиях, назревавших в стране. И у Абая возникла новая, пугающая своей неяс-
ностью мысль. 
– Скажите, Федор Иванович, — спросил он неуверенно. — Если… если все будет так, как вы го-
ворите, если возникнет война между Россией и Японией, то кому же мы должны желать победы» 
(М.Ауэзов. Путь Абая, с.522). 
Таким  образом,  анализ  языковых  способностей  билингва  показывает  его  как  личность, 
постоянно  совершенствующую  свои  навыки — от  владения  субординативным  двуязычием  до 
достижения координативного билингвизма. 
 
 

34 
Список литературы 
 
1.  Богин Г.И. Модель языковой личности в ее отношении к разновидностям текстов: Автореф. дис... д-ра филол. наук. — 
Л., 1984. — 31 с. 
2.  Тарасов Е.Ф. Языковая и коммуникативная способность человека. — М., 1994. 
3.  Закирьянов К.З. Двуязычие и интерференция. — Уфа, 1984. — 80 с. 
4.  Виноградов В.С. Перевод: общие и лексические вопросы. — М.: КДУ, 2006. — 240 с. 
5.  Леонтьев А.А. Проблемы развития психимки. — М., 1965. 
6.  Исаев М.К. Динамика фонетической интерференции при формировании казахско-английского билингвизма. — Алма-
Ата: Наука Казахской ССР, 1990. — 100 с. 
7.  Горелов  И.Н.  О  гипотезах  «раздельности»  и  совместимости  в  описаниях  двух  компетенций  билингва // 
Психологические и лингвистические аспекты проблемы языковых контактов. — Калинин, 1984. 
8.  Кашкуревич Л.Г. Формирование универсальных умений билингва. — М.: Высш шк, 1988. — 142 с. 
9.  Шахнарович  А.М.,  Голод  В.И.  Когнитивные  и  коммуникативные  аспекты  речевой  деятельности // Вопросы 
языкознания. 1986. — № 2. — С. 52–60. 
 
 
 
 
 
УДК 81’367.627:398.2 
Д.Уринбаева 
Самаркандское отделение Академии наук Республики Узбекистан 

жүктеу 5.01 Kb.

Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12




©emirb.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет