Н. Ю. Зуева (жауапты хатшы), О. Б. Алтынбекова, Г. Б. Мәдиева



жүктеу 5.03 Kb.

бет21/46
Дата08.01.2017
өлшемі5.03 Kb.
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   46

Әдебиеттер 
 

Иасауи Қ.А.  Диуани Хикмет (Даналық кітабы). – Тегеран: Әл хұда, 2000. 

Намық Кемал Зейбек. Қожа Ахмет Йасауи жолы және таңдамалы хикметтер. – Анкара:  2003. – 255 б. 

Нысанбаев Ә., Кенжетаев Д. Қожа Ахмет Иасауи // Түркістан. Халықаралық энциклопедия. – Алматы: 2000. – 656 б. 

Көпрүлү М.Ф. Қожа Ахмет Ясауи танымы мен тағылымы. – Шымкент: 1999. – 246 б. 

Дербісәлиев Ә. Шыңырау бұлақтар. – Алматы: Жазушы, 1982. – 256 б. 

Қожа Ахмет Иасауи. Диуани хикмет (Ақыл кітабы). – Алматы: Мұраттас ғылыми-зерттеу және баспа орталығы, 
1993. – 262 б. 

Кемал Ераслан. «Дивани хикметтен» сечмелер. – 1983. 

Сыздық Р. Ясауи тілінің қыпшақтық-оғұздық негізі // «Түркология» журналы, Түркістан:  2002.  – № 2. – Б. 106-110. 

Türk edebiyatında ilk mutasavvıflar. – Ankara, 1991.  
10  Ахмет Иасауи. Диуани хикмет (аударма, транскрипция, мәтін, сөздік). Түркістан: Тұран, 2010. –  400 б. 
11  Құрышжанов  Ә.  Қ.А.  Йассауи  шығармаларын  зерттеудің  кейбір  мәселелері // ҚР  ҰҒА  Хабарлары.  Тіл,  әдебиет 
сериясы. – 1994. – № 5. – Б. 24-33. 
12  Кенжетай Д. Қожа Ахмет Ясауи дүниетанымы. – Алматы, 2008. 
13  Наджип Э.Н. Культура и тюркоязычная литература Мамлюкского Египета XIV века. – Туркестан: Туран, 2004. – 
291 с. 
14  Сыздықова Р. Ясауи «Хикметтерінің тілі». – Алматы: Сөздік-словарь, 2004. – 549 б. 
15  «Жұлдыздар отбасы АҢЫЗ АДАМ» журналы.  – 2011. – №15 (27). 
 
Referenсes 
 
1 Iasaui 
Қ.A. Diuani Hikmet (Danalyқ kіtaby). – Tegeran: Әl hұda, 2000. 
2  
Namyқ Kemal Zeybek. Қozha Ahmet Yasaui zholy zhәne taңdamaly hikmetter. – Ankara:  2003. – 255 b. 
3 Nysanbaev 
Ә., Kenzhetaev D. Қozha Ahmet Iasaui // Tүrkіstan. Halyқaralyқ entsiklopediya. – Almaty: 2000. – 656 b. 
4 Kөprүlү M.F. Қozha Ahmet Yasaui tanymy men taғylymy. – Shymkent: 1999. – 246 b. 
5 Derbіsәliev Ә. Shyңyrau bұlaқtar. – Almaty: Zhazushy, 1982. – 256 b. 

Қozha Ahmet Iasaui. Diuani hikmet (Aқyl kіtaby). – Almaty: Mұrattas ғylymi-zertteu zhәne baspa ortalyғy, 1993. – 262 b. 

Kemal Eraslan. «Divani hikmetten» sechmeler. – 1983. 
8 Syzdyқ R. Yasaui tіlіnің қypshaқtyқ-oғұzdyқ negіzі // «Tүrkologiya» zhurnaly, Tүrkіstan:  2002.  – № 2. – B. 106-110. 
9 Türk 
edebiyatında ilk mutasavvıflar. – Ankara, 1991.  
10  Ahmet Iasaui. Diuani hikmet (audarma, transkriptsiya, mәtіn, sөzdіk). Tүrkіstan: Tұran, 2010. –  400 b. 
11  Құryshzhanov Ә. Қ.A. Yassaui shyғarmalaryn zertteudің keybіr mәselelerі // ҚR ҰҒA Habarlary. Tіl, әdebiet seriyasy. – 
1994. – № 5. – B. 24-33. 
12 Kenzhetay 
D. 
Қozha Ahmet Yasaui dүnietanymy. – Almaty, 2008. 
13  Nadzhip E.N. Kul'tura i tyurkoyazychnaya literatura Mamlyukskogo Egipeta XIV veka. – Turkestan: Turan, 2004. – 291 b. 
14 Syzdyқova R. Yasaui «Hikmetterіnің tіlі». – Almaty: Sөzdіk-slovar', 2004. – 549 b. 
15 «Zhұldyzdar otbasy AҢYZ ADAM» zhurnaly.  – 2011. – №15 (27). 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Ә. Керімұлы, А. Искакова 

115 
 
 
 
 
ISSN 1563-0223                        Bulletin KazNU. Filology series. № 3(149). 2014
 
 
 
УДК 81
'
37                                                          
 
И. В. Котлярова 
 
магистр филологии преподаватель кафедры русского языка 
Казахского национального медицинского университета имени С. Д. Асфендиярова, 
г. Алматы, Казахстан 
e-mail: kotlyarova_1984@mail.ru 
 
Лексические репрезентации концепта «тоска» через признаки птиц 
 
Научное  исследование  посвящено  изучению  проблемы  лексических  репрезентаций  концепта  «тоска»  с 
позиции  семантико-когнитивного  подхода.  Новизна  исследования  заключается  в  описании  когнитивной 
модели  лексико-семантического  поля  концепта  «тоска»  через  признаки  птиц,  что  отражает  исследуемый 
концепт  в  языковом  сознании  носителей  языка.  С  целью  получить  доступ  к  содержанию  концепта  как 
мыслительных  единиц  установлен  смысловой  объем  концепта  по  следующей  схеме:  прямые  номинации 
концепта  (ключевое  слово-репрезентант  концепта,  которое  избирается  исследователем  в  качестве  имени 
концепта  и  имени  номинативного  поля,  и  его  системные  синонимы);  производные  номинации  концепта 
(переносные,  производные);  контекстуальные  синонимы;  окказиональные  индивидуально-авторские  номи-
нации;  метафорические  номинации;  устойчивые  сравнения  с  ключевым  словом;  образные  концептуальные 
признаки,  которые  характеризуют  концепт;  художественные  тексты,  раскрывающие  содержание  концепта, 
которые  свидетельствуют  о  том,  что  признаки  птиц,  представленные  лексической  синонимией,  наиболее 
точно отражают эмоции и структурируют языковое сознание человека. 
Ключевые слова: концепт, семантико-когнитивный подход, языковое сознание, лексическая синонимия, 
признаки птиц. 
 
И. В. Котлярова 
“Сағыныш” концептін құстар белгілері арқылы лексикалық  
қайта таныстыру (репрезентациялау) 
 
Ғылыми зерттеу “сағыныш” концептін лексикалық қайта таныстыру (репрезентациялау) проблемаларын 
семантика-когнитивті тәсілі позициясынан зерттеуге арналған. Зерттеудің жаңалығы – онда  “сағыныш” кон-
цептісінің  когнитивті  үлгісінің  лексика-семантикалық  өрісін  құстар  белгілері  арқылы  тіл  иесінің  тіл  сана-
сындағы зерттеудегі концептісін көрсетуі болып табылады. Концептінің мағынасына ойлағыштық бірліктер 
ретінде  мүмкіндік  алу  мақсатымен  келесі  сызбанұсқа  бойынша  концептінің  мағыналы  көлемі  белгіленген: 
концептінің тура номинациясы (концептінің аты ретінде зерттеуші таңдайтын және номинативті өрістің аты, 
және оның жүйелі синонимдері); концептінің туынды номинациялары (тасымалды, туынды); контекстуалды 
синонимдер;  окказионалды  жеке-авторлық  номинациялар;  ауыспалы  (метафорлық)  номинациялар;  негізгі 
сөзбен  тұрақты  салыстырмалар;  концептіні  сипаттайтын  бейнелі  концептуалды  белгілер;  лексикалық  сино-
нимия арқылы көрсетілген құстар белгілері эмоцияларды ең нақтырақ көрсетіп, адам баласының тіл санасын 
құрылымдайтын концептінің мағынасын ашатын көркем мәтіндер.  
Түйін сөздер: концепт, семантика-когнитивті тәсіл, тіл санасы, лексикалық синонимия, құстар белгілері. 
 
I. V. Kotlyarova 
The lexical representation of the concept "anguish" over the signs of bird 
 
The scientific study investigates the problem of lexical representations of the concept "anguish" from the 
perspective of semantic-cognitive approach. The novelty of the research is to describe the cognitive model of lexical-
semantic field of the concept of "anguish" after signs of bird, which reflects the concept of the study in the linguistic 
consciousness of native speakers. In order to gain access to the content of the concept as thought units installed 
semantic scope of the concept as follows: direct nomination of the concept (keyword – represent of the concept, 
which is elected by the researcher as the name of the concept and the name of the nominative of the field, and its 
system synonyms); derivatives nomination concept (portable, derivatives); contextual synonyms; occasional 
individual authors nomination; metaphorical nomination; stable comparing with the keyword; figurative conceptual 
features that characterize the concept, literary texts that reveal the content of the concept which suggests that the signs 
of the bird represented by the lexical synonyms, most accurately reflect the emotions and structured linguistic 
consciousness. 
Key words: concept, semantic-cognitive approach, language awareness, lexical synonymy, the signs of the bird. 
 
________________________________
 
 
Лексические репрезентации концепта «тоска» через признаки птиц 

116 
 
Вестник КазНУ. Серия филологическая. № 3(149). 2014
 
Концепт  «тоска»  описывается  через  образ 
птицы (И Слабостью рожденные три птицы – 
Уныние,  Отчаянье,  Тоска, - три  черные,  уродли-
вые  птицы – зловеще  реют  над  его  душою… 
М. Горький, Человек; Смешные птицы! Земли 
не  зная,  на  ней  тоскуя,  они  стремятся  высоко  
в  небо  и  ищут  жизни  в  пустыне  знойной.  
М.  Горький,  Песня  о  Соколе;  Я  видал,  что  
с  наступлением  бури,  все  робкие  птицы
суетясь  и  тоскуя,  с  криком  ищут  убежища… 
Ф. Глинка, Зиновий Богдан Хмельницкий, или 
Освобожденная  Малороссия;  Слышу  птицу 
предвещаний:  Дик  ее  унылый  стон;  Светлую 
толпу  мечтаний  И  надежду  гонит  он.  В.  Кю-
хельбекер, На Рейне). 
Когнитивная  модель  ‘тоска  →  птица’ 
репрезентируется  лексической  синонимией 
через объемный перечень следующих птиц [1, 
87-96]: 
– ‘беркут’ (Так  старый  беркут  пьет,  тос-
куя,  свою  последнюю  полынь.  Я.  Смеляков, 
Любезная калмычка); 
– ‘ворон’ (Только  вороны  суетливее  преж-
него хлопочут вокруг гнезд и неистовым кри-
ком как бы возвещают,  что одна тоска, зим-
няя, кончилась, и началась другая тоска, весен-
няя. М.Е. Салтыков-Щедрин, Дворянская хандра; 
Черный  вран,  свистя  крылом,  Вьется  над 
санями;  Ворон  каркает:  печаль!  В.А.  Жуков-
ский, Светлана); 
– ‘галка’ (Бесконечно  унылы  и  жалки  Эти 
пастбища,  нивы,  луга,  Эти  мокрые,  сонные 
галки, Что сидят на вершине стога… Н.А. Не-
красов, Утро); 
– ‘глухарь’ (Заунывным  карком  В  тишину 
болот  Черная  глухарка  К  всенощной  зовет. 
С.А. Есенин, Дымом половодье…); 
– ‘голубь’ (Стонет  сизый  голубочек,  Все 
тоскует, все тоскует И тихонько слезы льет. 
И.И.  Дмитриев,  Стонет  сизый  голубочек…; 
Их  воркование  так  нежно  Звучит  во  мгле  зем-
ных скорбей… М. Лохвицкая, Не убивайте го-
лубейСизокрылый  голубочек, Сядь в саду его 
на  ветку,  И  уныло  заворкуй…  И  уныло  и  пе-
чально  День  и  ночь  воркуй,  стони…  Н.  Цы-
ганов, Русская элегия); 
– ‘горлица’ (Затоскуется    ль  горлица 
нежная,  Как  птенцов  ее  коршун  убьет.  
В.И. Красов, Разлука); 
– ‘грач’ (С  деревьев  тысячи  грачей  Сор-
вутся в лужи и обрушат Сухую грусть на дно 
очей. Б. Пастернак, Февраль. Достать чернил и 
плакать!...); 
– ‘жаворонок’ (И  вечная  тишина  этих  по-
лей, их загадочное молчание… Но грустит ли 
в тишине, в глуши какой-нибудь сурок, жаво-
ронок? И. Бунин, Жизнь Арсеньева); 
– ‘журавль’ (Полюбил  я  с  тоской  журав-
линою  На  высокой  горе  монастырь.  С.А.  Есе-
нин,  За  горами,  за  желтыми  долами…;  Вот 
она,  невеселая  рябь  С  журавлиной  тоской 
сентября!  С.А.  Есенин,  Нощь  и  поле,  и  крик 
петухов…;  Тоскуя  о  родном  тепле,  Цепочкою 
вдали  Летят, - а  что  тут  на  земле,  Не  знают 
журавли…  А.Т.  Твардовский,  Страна  Мура-
вия;  Отговорила  роща  золотая  Березовым,  ве-
селым языком, И журавли, печально пролетая, 
Уж не жалеют больше ни о ком. С.А. Есенин, 
Отговорила  роща  золотая…;  Тает  в  небе 
журавлиный  Удаляющийся  крик.  Замер,  ка-
жется,  в  зените  Грустный  голос,  долгий  звук. 
А.  Блок,  Золотистою  долиной…;  И  журавль 
лениво  бредет,  Как  скучающий  аристократ
М.  Светлов,  Артист;  Вот  уж  близко  летят  и, 
все громче рыдая, Словно скорбную весть мне 
они принесли… Из какого же вы неприветного 
края  Прилетели  сюда  на  ночлег,  журавли?  
А. Жемчужников, Осенние журавли); 
– ‘иволга’ (Я  слышу  иволги  всегда  пе-
чальный  голос  И  лета  пышного  приветствую 
ущерб,  А  к  колосу  прижатый  тесно  колос  С 
змеиным  свистом  срезывает  серп.  А.  Ахма-
това,  Я  слышу  иволги  всегда  печальный 
голос…;  Еще  раз  прозвенел  над  вами  звонкий 
голос  пеночки;  где-то  печально  прокричала 
иволга,  соловей  щелкнул  в  первый  раз.  
И.С. Тургенев, Ермолай и мельничиха); 
– ‘индейка’ (Меж тем печально, под окном, 
Индейки  с  криком  выступали  Вослед  за 
мокрым петухом… А.С. Пушкин, Граф Нулин; 
там,  как  годы,  будут  долги  степные  дни, 
когда  в  зыбком  мареве  тонут  горизонты  и  так 
тихо,  так  знойно,  что  спал  бы  мертвым  сном 
весь  день,  если  бы  не  нужно  было  слушать 
осторожный  треск  пересохшего  гороха,  домо-
витую возню наседок в горячей  земле, мирно-
грустную  перекличку  индюшек,  не  следить  за 
набегающей сверху жуткой тенью ястреба и не 
вскакивать,  не  кричать  тонким  протяжным 
голосом: «шу-у!»… И. Бунин, Суходол); 
– ‘кукушка’ (Я стоял на забытой опушке, И 
в  душе  серебрились  печали,  Те  печали,  что 
вечно  звучали  В кукованье  весенней  кукушки… 
К.Д.  Бальмонт,  Кукушка; …где-то  далеко 
вдали мерно и настойчиво, как бы убежденная 
среди  всех  этих  тщетных  соловьиных  востор-
гов в правоте только своей одинокой, бездом-
ной печали, не смолкая куковала кукушка, и ее 
гулко-полый  голос  казался  то  ближе,  то 
дальше, грустно и дивно чередуясь с еще более 
И. В. Котлярова 

117 
 
 
 
 
ISSN 1563-0223                        Bulletin KazNU. Filology series. № 3(149). 2014
дальними  откликами  вечереющего  леса.  
И.  Бунин,  Жизнь  Арсеньева;  И  забольная  ку-
кушка  Не  летит  с  печальных  мест.  С.А.  Есе-
нин, Сторона ль моя, сторонка…; Мгла кругом 
густая  Поле  одевала,  Да  в  лесу  кукушка 
Грустно куковала. С. Дрожжин, Там, где мы с 
тобою…;  На  яблоне  грустно  кукушка  кукует
На  камне  мужик  одиноко  горюет…  И.С.  Ни-
китин,  На  пепелище;  Кукушка  выскакивает  из 
часов и насмешливо-грустно кукует над тобою 
в пустом доме. И. Бунин, Антоновские яблоки; 
А  снизу,  от  сонной  речушки,  Из  зарослей – 
вдруг в тишине – Послышится голос кукушки, 
Грустящей  уже  о  весне.  А.Т.  Твардовский, 
Жестокая память); 
– ‘курица’ (Так  приятно  и  так  легко  мне 
Видеть  мать  и  тоскующих  кур.  С.А.  Есенин, 
Ты запой мне ту песню, что прежде…); 
– ‘лебедь’ (А  впереди  их  лебедь.  В  глазах
как  роща,  грусть.  С.А.  Есенин,  Иорданская 
голубица); 
– ‘овсянка’ (И как горестно-нежно звенела 
в  бурьяне  своей  коротенькой  песенкой 
овсянка!  Тю-тю-тю-тю-ю…  И.  Бунин,  Жизнь 
Арсеньева); 
– ‘орел’ (Вскормленный  в  неволе  орел 
молодой,  Мой  грустный  товарищ,  махая 
крылом,  Кровавую  пищу  клюет  под  окном… 
А.С. Пушкин, Узник); 
– ‘петух’ (Уносит бедную злодей [коршун]. 
Напрасно, горестью своей И хладным страхом 
пораженный,  Зовет  любовницу  петух…  
А.С. Пушкин, Руслан и Людмила); 
– ‘скворец’ (И ты, товарищ тайной скуки
Тревог души, страданий, муки, И ты, о добрый 
мой  скворец,  Меня  покинул  наконец!  Он  соз-
дан  с  нежною  душой,  Он,  верно,  мучился 
тоской…  Как  часто  резвый  голос  свой  Он 
изменял  на  звук  печальный,  Как  бы  внимая 
скорби  тайной.  О  вы,  жестокие  сердца!  Учи-
тесь чувствам от скворца! И все за то скворца 
хвалили,  Что  он,  средь  скорби  и  недуг,  И  в 
узах  был  мне  верный  друг… И  мнилось – пел 
мой  друг  сердечный: «Печаль  и  жизнь  не 
бесконечны». И умер мой скворец со скуки! В. 
Раевский, На смерть моего скворца); 
– ‘снегирь’ (Красногрудый  друг  мой  ми-
лый!  Отчего  ты  все  грустишь,  Ноешь  в 
песенке  унылой  Иль  насупившись  сидишь? 
Отчего  ж  так  часто,  милый,  Грудью  бьешься 
ты  в  стекло?  Вместо  песен  –  крик  унылый
Отчего? Ф. Глинка, К снегирю); 
– ‘сова’ (Думали: совы пророчат беду, Ухая 
ночью  тоскливо  и  сиро.  К.  Арсеньева,  Пом-
нишь ли домик под тенью вершин…); 
– ‘сокол’ (И  крикнул  Сокол  с  тоской  и 
болью, собрав все силы… М. Горький, Песня о 
Соколе); 
– ‘соловей’ (Сладко  пел  душа-соловушко 
Ах!  та  песнь  была  заветная,  Рвала  белу  грудь 
тоской…  И.  Лажечников,  Сладко  пел  душа-
соловушко…;  Слышишь,  в  роще  зазвучали 
Песни соловья; Звуки их, полны печали, Молят 
за  меня.  В  них  понятно  все  томленье,  Вся 
тоска любви… Н.П. Огарев, Serenade; Ты гре-
мел – почто  же,  милый,  Вдруг  замолк?  и  ску-
чен  стал?  Чем  же,  друг  мой,  недоволен?  От-
чего тебе грустить?.. Ф. Глинка, К соловью в 
клетке;  Соловьиная  песня  унылая,  Что  как 
жалоба  катится  слезная…  А.  Толстой,  Запад 
гаснет  в  дали  бледно-розовой…;  Есть  одна 
хорошая  песня  у  соловушки  –  Песня  пани-
хидная по моей головушке. Лейся, песня звон-
кая, вылей трель унылую. С.А. Есенин, Песня; 
Иль  поет  и  ярко  так  и  страстно  Соловей,  над 
розой  изнывая?  А.А.  Фет,  Фантазия;  В  горе,  в 
черный  день,  Соловьем  поешь;  При  нужде,  в 
беде  Смотришь  соколом…  И.С.  Никитин, 
Наследство); 
– ‘удод’ (…только по временам раздавался 
заунывный,  троекратный  возглас  удода  да 
сердитый  крик  ореховки  или  сойки;  молча-
ливый,  всегда  одинокий  сиворонок  перелетал 
через  просеку,  сверкая  золотистою  лазурью 
своих  красивых  перьев.  И.С.  Тургенев,  Поездка 
в Полесье); 
– ‘чайка’ (Нет, это  чайки.  Странно  дики  И 
нарушают смутный сон Неумолкающие крики 
– Короткий свист и скорбный стон. С.Я. Мар-
шак, Чайки); 
– ‘чибис’ (Где-то  там  тоскливый  чибис 
Пролетает ввысь. А. Белый, Предчувствие); 
– ‘ястреб’ (Долго ехал  молодец по дороге-
разлучнице  –  кручина,  как  ястреб,  рвала  его 
сердце.  А.  Бестужев  (Марлинский),  Роман  и 
Ольга). 
Известно, что среди сотворений Бога были 
и  птицы  (И  сказал  Бог:  да  произведет  вода 
пресмыкающихся,  душу  живую;  и  птицы  да 
полетят  над  землею,  по  тверди  небесной.  И 
сотворил  Бог  рыб  больших  и  всякую  душу 
животных  пресмыкающихся,  которых  произ-
вела  вода,  по  роду  их,  и  всякую  птицу  пер-
натую по роду ее. Библия). 
Кукушка – одна  из  наиболее  мифологи-
зированных  птиц  в  славянской  традиции. 
Кукушка,  согласно  поверьям,  это  превращен-
ная  в  птицу  скорбящая  вдова,  зовущая  загуб-
ленного  мужа  жена,  проклятая  родителями 
дочь. Известен обряд гадания о количестве лет 
Лексические репрезентации концепта «тоска» через признаки птиц 

118 
 
Вестник КазНУ. Серия филологическая. № 3(149). 2014
 
жизни,  определяемых  по  количеству  кукова-
ний кукушки («кукушка, кукушка, сколько мне 
лет  жить»).  Кукушка – птица  вещая.  В  неко-
торых местах по кукованию кукушки девушки 
гадали  о  количестве  лет,  оставших  до  заму-
жества.  Прилет  кукушки  в  деревню,  к  дому, 
кукование  на  крыше  знаменует  смерть,  тяже-
лую  болезнь  или  пожар,  поэтому  кукушка 
наделена  печалью,  грустью  в  литературном 
дискурсе. В виде кукушки представляют душу 
умершего. В облике кукушки душа слетает на 
землю  побеседовать  со  своими  близкими [2, 
237-238]. 
Тоску  могут  испытывать  птицы,  которые 
сами  являются  охотниками,  добытчиками: 
орел  (Вскормленный  в  неволе  орел  молодой, 
Мой  грустный  товарищ,  махая  крылом,  Кро-
вавую пищу клюет под окном… А.С. Пушкин, 
Узник),  сокол  (И  крикнул  Сокол  с  тоской  и 
болью, собрав все силы… М. Горький, Песня о 
Соколе),  ястреб  (Долго  ехал  молодец  по  до-
роге-разлучнице  –  кручина,  как  ястреб,  рвала 
его  сердце.  А.  Бестужев  (Марлинский),  Роман 
и  Ольга).  Орел  считался  особо  почитаемой 
божьей  птицей.  Орел – царь  птиц  и  владыка 
небес.  Орел  связан  с  небесными  стихиями  и 
управляет ими; он предводитель градовых туч. 
Убивать  орлов  нельзя.  Орлу  приписывается 
способность посещать небесный мир. Сущест-
вует  поверье  о  том,  что  в  гнезде  орла  нахо-
дится камень огневик [3, 288]. 
К  разряду  ритуальных  жертв  относится 
петух.  Жертвенной  кровью  петуха  дружка 
окроплял присутствующих на свадьбе. Петух – 
это  традиционная  жертва  и  ритуальное  блюдо 
на свадьбе  всех  славян.  Петуха и курицу  при-
носили в виде жертвы при строительстве дома 
[4, 182]. 
У  тоски-птицы  отмечаются  следующие 
орнитологические признаки: 
– ‘гнездо’ (Здесь  труд  и  бедность,  здесь 
неволя, Здесь горе гнезда вьет свои… И.С. Ни-
китин, Хозяин); 
– ‘крылья’ (Мое  наивное  смущение,  моя 
отчаянная  тоска  как  будто  окрыляли  ее  пре-
следовать  меня  до  конца.  Ф.М.  Достоевский, 
Маленький герой; На крылах печали Любовью 
к вам несусь из темной дали – Поминки нашей 
юности – и  я  Их  праздновать  хочу.  Вос-
поминанья!  В.  Кюхельбекер, 19 октября 1836 
года); 
– ‘пение’ (Мою  тоску,  мою  беду  Пою  для 
вас… Н.А. Некрасов, Чуть-чуть не говоря: «ты 
сущая  ничтожность!»…;  Она  певала  мне – и 
полон был тоской И вечной жалобой напев ее 
простой.  Н.А.  Некрасов,  Муза;  И  опять,  как 
раньше,  с  дикой  злостью  Запоет  тоска…  
С.А.  Есенин,  Свищет  ветер    под  крутым  за-
бором…;  В  моей  душе,  как  облака,  Роились 
сны,  теснились  звуки  И  пела  смутная  тоска
К.М.  Фофанов,  Печально  верба  наклоняла…; 
И тонкие пальцы  дрожащей руки, Под робкие 
звуки  певучей  тоски…  К.М.  Фофанов,  Шар-
манщик;  Сладко  пел  душа-соловушко  Ах!  та 
песнь была заветная, Рвала белу грудь тоской… 
И.  Лажечников,  Сладко  пел  душа-соло-
вушко…;  Пою  то  радость,  то  печали,  То  пыл 
страстей,  то  жар  любви,  И  беглым  мыслям 
простодушно  Вверяюсь  в  пламени  стихов.  
Д.  Веневитинов,  Я  чувствую,  во  мне  горит…; 
И мнилось – пел мой друг сердечный: «Печаль 
и жизнь не  бесконечны». И умер мой скворец 
со  скуки!  В.  Раевский,  На  смерть  моего 
скворца; Слыхали ль вы за рощей глас ночной 
Певца  любви,  певца  своей  печали?  А.С.  Пуш-
кин,  Певец;  Слышишь,  в  роще  зазвучали 
Песни соловья; Звуки их, полны печали, Молят 
за  меня.  В  них  понятно  все  томленье,  Вся 
тоска любви… Н.П. Огарев, Serenade; Я лиру 
томно  строю  Петь  скорбь,  объявшу  дух. 
Прийди  грустить  со  мною,  Луна,  печальный 
друг!  В.В.  Капнист,  На  смерть  Юлии;  Крас-
ногрудый  друг  мой  милый!  Отчего  ты  все 
грустишь,  Ноешь  в  песенке  унылой  Иль  насу-
пившись сидишь? Ф. Глинка, К снегирюСоло-
вьиная  песня  унылая,  Что  как  жалоба  катится 
слезная…  А.  Толстой,  Запад  гаснет  в  дали 
бледно-розовой…;  Есть  одна  хорошая  песня  у 
соловушки  –  Песня  панихидная  по  моей  го-
ловушке.  Лейся,  песня  звонкая,  вылей  трель 
унылую. С.А. Есенин, Песня; Иль поет и ярко 
так  и  страстно  Соловей,  над  розой  изнывая? 
А.А.  Фет,  Фантазия;  В  горе,  в  черный  день, 
Соловьем поешь; При нужде, в беде Смотришь 
соколом… И.С. Никитин, Наследство); 
– ‘полет’ (А потом бы улетела Со слезами 
и  тоской…  И.И.  Дмитриев,  Ах!  когда  б  я 
прежде знала…; Я думал, что Коновалов изме-
нился от бродячей жизни, что наросты тоски
которые  были  на  его  сердце  в  первое  время 
нашего  знакомства,  слетели  с  него,  как  ше-
луха… М. Горький, Коновалов); 
– ‘скорлупа’ (Лопни грудь Ионы и вылейся 
из  нее  тоска,  так  она  бы,  кажется,  весь  свет 
залила,  но  тем  не  менее  ее  не  видно.  Она  су-
мела поместиться в такую ничтожную скор-
лупу,  что  ее  не  увидишь  днем  с  огнем…  
А.П. Чехов, Тоска); 
– ‘трепет’ (А сердце от тоски, как птицы, 
трепетало.  Надсон;  Узнаешь,  отчего  мучи-
И. В. Котлярова 

119 
 
 
 
 
ISSN 1563-0223                        Bulletin KazNU. Filology series. № 3(149). 2014
тельно  во  мне  Тоскуют,  трепеща,  безумные 
сомненья.  С.  Сафонов,  Скажи  мне,  отчего  те-
перь,  когда  кругом…;  Прошли  восторги,  и 
печали,  И  легковерные  мечты…  Но  вот  опять 
затрепетали  Пред  мощной  властью  красоты. 
А.С.  Пушкин,  Я  думал, сердце  позабыло…;  И 
в  сердце  стало  холодно,  И  на  одно  воспоми-
нанье Трепещет горестно оно. Н.П. Огарев, Я 
помню робкое желанье…). 
Черты  птицы-тоски  обусловлены  славян-
ской мифологией и сохранившимися русскими 
традициями.  Известно,  что  названия  деталей 
крыши  русской  избы  включают  в  себя  «конь-
ка», «курицу» или «петуха». 
Так  орнитологический  код  русской  куль-
туры  отображает  мировоззрение  человека,  пе-
ренося  его  признаки  на  описание  мира  вну-
треннего – психического  (духовного)  посред-
ством  эмоций.  Таким  образом,  лексическая 
синонимия  концепта  «тоска»  в  образе  птиц  и 
ее признаков структурирует языковое сознание 
человека. 
 

1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   46


©emirb.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал