Н. Ю. Зуева (жауапты хатшы), О. Б. Алтынбекова, Г. Б. Мәдиева



жүктеу 5.03 Kb.

бет16/46
Дата08.01.2017
өлшемі5.03 Kb.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   46

Литература 
 
1 Оксфордский русско-английский словарь. – Оксфорд; Москва, 1994. – С. 64. 
2 Антипов Г.А. Знаковый характер паралингвистических средств и их место в общей системе невербальных средств. – 
М.: Просвещение, 1989. – 126 с. 
3 Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. – М.: Слово, 2004. – 352 с.  
4 Крейдлин Г.Е. Невербальная семиотика: Язык тела и естественный язык. – М.:  Новое литературное обозрение, 2004. 
– 304 c.   
5 Богданов В. Речевое общение. Прагматические и семантические аспекты. – Ленинград, 1990. – 87 с. 
6 Николаева Т.М. Интерференция языковых и неязыковых коммуникативных средств в человеческом общении. – М., 
1973. − 140 с. 
7 Богданов В. Молчание как нулевой речевой акт и его роль в вербальной коммуникации // Языковое общение и его 
единицы. – Калинин, 1986. − 221 c.  
8 Горелов И.Н. Невербальные компоненты коммуникации. – М., 1980. − 104 с. 
9 Леонтьев А.А. Основы психолингвистики. – М.: Смысл, 1997. – 287 с. 
10 Григорьева Т.Г., Усольцева Т.П. Основы конструктивного общения. − Новосибирск, 1999. − 180 с. 
11 Битянова М. Невербальный характер информации. – М.: Просвещение, 1999. − 150 с. 
 
References 
 
1 Oksfordskiy russko-angliyskiy slovar'. – Oksford; Moskva, 1994. – S. 64. 
2 Antipov G.A. Znakovyj harakter paralingvisticheskih sredstv i ih mesto v obschey sisteme neverbal'nyh sredstv. – M.: 
Prosveschenie, 1989. – 126 s. 
3 Ter-Minasova S.G. Yazyk i mezhkul'turnaya kommunikatsiya. – M.: Slovo, 2004. – 352 s.  
4 Kreydlin G.E. Neverbal'naya semiotika: Yazyk tela i estestvennyj yazyk. – M.:  Novoe literaturnoe obozrenie, 2004. – 304 c.   
5 Bogdanov V. Rechevoe obschenie. Pragmaticheskie i semanticheskie aspekty. – Leningrad, 1990. – 87 s. 
6 Nikolaeva T.M. Interferentsiya yazykovyh i neyazykovyh kommunikativnyh sredstv v chelovecheskom obschenii. – M., 1973. 
− 140 s. 
7 Bogdanov V. Molchanie kak nulevoy rechevoy akt i ego rol' v verbal'noy kommunikatsii // Yazykovoe obschenie i ego 
edinitsy. – Kalinin, 1986. − 221 c.  
8 Gorelov I.N. Neverbal'nye komponenty kommunikatsii. – M., 1980. − 104 s. 
9 Leont'ev A.A. Osnovy psiholingvistiki. – M.: Smysl, 1997. – 287 s. 
10 Grigor'eva T.G., Usol'tseva T.P. Osnovy konstruktivnogo obscheniya. − Novosibirsk, 1999. − 180 s. 
11 Bityanova M. Neverbal'nyj harakter informatsii.– M.: Prosveschenie, 1999. − 150 s. 
 
 
 
Невербальные средства коммуникации: о звуковой стороне речи (на примере русского и… 

86 
 
Вестник КазНУ. Серия филологическая. № 3(149). 2014
 
 
 
 
УДК 802.0:809.434.1 
 
Г. Ш. Борукулова 
 
ст. преподаватель английского языка Университета строительства,  
транспорта и архитектуры им. Н. Исанова, 
г. Бишкек, Кыргызстан 
е-mail: 
gulsada_1970@mail.ru 
 
Изучение глагольного инфинитива в сопоставительном  
(германо-тюркском) языкознании 
 
В статье сопоставляется синхронный срез языка в аспекте английского инфинитива и соответствующих 
ему  функционально  кыргызских  языковых  средств,  а  также  анализируются  языки  генетически  неродствен-
ные – индоевропейский  германский  английский  и  урало-алтайский  тюркский  кыргызский    языки,  которые 
принадлежат к разным языковым типам: германский английский к языкам аналитического языкового типа, а 
тюркский кыргызский к языкам агглютинативного типа. 
Ключевые  слова:  инфинитив,  дифференциация,  валентность,  сочетаемость,  синхронный,  агглютина-
тивный, соответствия в тюркских (кыргызском, казахском, татарском, узбекском и др.) языках. 
 
G. Sh. Borukulova 
Studying of verbal infinitive in comparative (german-turkic) linguistics 
 
In the article the synchronous cut is compared in the aspect of the English infinitive and the corresponding 
functional Kyrgyz language means, and analyzed genetically unrelated languages, Indo-European, German, English 
and Uralic, Turkish, Kyrgyz languages that belong to different types of language: German English to analytical 
language type, and the Turkic Kyrgyz to agglutinative language type. 
Key words: infinitive, differentiation, valency, compatibility, synchronous, agglutinative, in compliance with 
the Turkic (Kyrgyz, Kazakh, Tatar, Uzbek, etc.) languages. 
____________________________________ 
 
Сопоставительное языкознание, возникшее 
в середине прошлого столетия как новое науч-
ное лингвистическое направление, выделилось 
из  недр  сравнительно-исторического  языко-
знания.  Сравнительно-историческое  же  направ-
ление  в  языкознании  имеет  свои  давние  лин-
гвистические  традиции - оно  берёт  начало  в 
первой  четверти XIX в.  И  связано  с  именами 
известных  компаративистов:  немцев  Ф.  Бокка 
и  Я.  Гримма,  датчанина P. Pack и  русского  
А. Востокова.  
Сравнительно-историческое  языкознание 
изучало  близкородственные  и  родственные 
языки  в  их  диахронии,  выявляя  общие  исход-
ные  характеристики  на  предмет  установления 
их места в языковой семье, а также на предмет 
выявления общего для той или иной языковой 
семьи праязыка.  
Сопоставительное  же  языкознание,  выде-
лившееся из недр сравнительно-исторического 
языкознания  в  середине  прошлого  века,  свя-
зано  в  первую  очередь  с  именами  француз-
ского  учёного  Ш.  Балли  и  русских  советских 
учёных  В.Н.  Ярцевой  и  В.Д.  Аракина.  Сопо-
ставительно языкознание, в отличие от языко-
знания  сравнительно-исторического,  изучает 
языки  большей  частью  неродственные,  а,  сле-
довательно,  разнотипные,  а  также  находя-
щиеся между собой в отдалённой степени род-
ства.  Если  два  сопоставляемых  языка  принад-
лежат генетически к разным языковым семьям, 
то  и  с  позиции  языковой  (морфологической) 
типологии  они  всегда  будут  отличаться  друг 
от  друга  по  своему  грамматическому  строе-
нию.  
Но случается в реальной действительности 
и  такое,  когда  два  языка  генетически  проис-
ходящие  из  одной  языковой  семьи,  резко  от-
личаются  друг  от  друга  по  своему  граммати-
ческому  строю. «У  таких  двух  индоевропей-
ских  языков,  как  армянский  и  немецкий,  нет 
больше ничего общего; даже два таких герман-
ских  языка,  как  немецкий  и  английский,  су-
щественно отличается друг от друга» [1, 39].  
В нашем же случае, когда мы сопоставляем 
языки  английский  и  кыргызский  мы  имеем 
классический  пример  для  сопоставительного 
изучения языков. Во-первых, мы сопоставляем 
синхронный срез языка  в аспекте английского 
инфинитива и соответствующих ему функцио-
Г. Ш. Борукулова 

87 
 
 
 
 
ISSN 1563-0223                        Bulletin KazNU. Filology series. № 3(149). 2014
нально  кыргызских  языковых  средств.  Во-
вторых, как мы уже отмечали мы анализируем 
языки  генетически  неродственные-индоевро-
пейские  германский  английский  и  урало-ал-
тайский тюркский кыргызский-языки, которые 
принадлежат  к  разным  языковым  типам:  гер-
манский английский к языкам  аналитического 
языкового  типа,  а  тюркский  кыргызский  к 
языкам  агглютинативного  типа.  И,  в-третьих, 
при  сопоставительном  изучении  граммати-
ческих  явлений  двух  типологически  разно-
структурных  языков  в  нашем  случае  анали-
тического  английского  и  агглютинативного 
кыргызского,  мы  исходим  и  применяем  прин-
цип грамматических категорий, который выяв-
ляет  сходные  и  несходные  структурно-грам-
матические моменты в системах сополагаемых 
языков. «… следует  ориентироваться  на  кате-
гориальные  явления,  имеющие  принципиаль-
ное значение для системы языка. Характер пе-
редачи  грамматических  значений должен учи-
тываться при анализе языка, но, решая вопрос 
о языковом типе той или иной группы языков, 
приходится  обращаться  и  более  глубинным 
формам их категоризации» [2, 12-13]. 
Сопоставительное языкознание имеет свой 
круг  задач,  несколько  отличный  от  языкозна-
ния сравнительно-исторического. Если сравни-
тельно-историческое  языкознание  ориентиро-
вано на историко-диахроническую теорию или 
теорию  в  истории  и  в  диахронии,  когда  оно 
ставит  себе  целью  восстановить  древнейший 
индоевропейский  праязык, то языкознание  со-
поставительное  более  ориентировано  на  язы-
ковую  практику  с  целью  выявления  всех  лин-
гвистических условий и осложнений при овла-
дении  тем  или  иным  неродным  языком,  когда 
оно изучает и устанавливает языковые универ-
салии,  сходство  и  несходство [3,40]. То  есть 
сопоставительное языкознание имеет не столь-
ко теоретический характер, а сколько приклад-
ной.  По  данному  вопросу  хорошо  сказано  у 
известного  русского  советского  учёного-типо-
лога  и  романиста  В.Г.  Гака: «Оно  непосред-
ственно  связано  с  различными  видами  при-
кладного  языкознания,  прежде  всего  с  препо-
даванием  народного  языка,  где  она  позволяет 
предвидеть  и  преодолевать  нежелательную 
интерференцию,  а  также  с  теорией  перевода, 
для  которой  она  даёт  надёжную  лингвисти-
ческую базу» [4, 9]. 
Кроме  данной  определяющей  все  направ-
ления практико-прикладной задачи, сопостави-
тельное языкознание имеет ещё две общие тео-
ретическо-исследовательские  задачи:  во-пер-
вых, оно выявляет универсальные, общие исход-
ные  системно-структурные  явления  в  сопостав-
ляемых языках, а, во-вторых, оно выявляет не-
сходные,  различные  и  частные  системно-струк-
турные явления в сопоставляемых языках. Со-
поставительное  языкознание,  пользующееся  в 
своих  изысканиях  контрастивным  соположе-
нием  языков,  при  решении  данных  задач «… 
позволяет лучше определить особенности каж-
дого  из  сопоставляемых  языков,  которые  мо-
гут ускользать от внимания исследователя при 
одном лишь «внутреннем» изучении языка» [4].  
Наш  обзорно-теоретический  анализ  научно- 
исследовательских  работ  по  сопоставитель-
ному  германо-тюркскому  языкознанию  пока-
зал, что в данном языкознании не имеется кон-
кретных  работ,  в  которых  непосредственным 
образом  изучались  бы  германский  инфинитив 
и  соответствующие  ему  функционально  лек-
сико-грамматические  средства  из  тюркских 
языков.  Но  имеются  некоторые  сопостави-
тельные  работы,  в  некоторых  германский  ин-
финитив  и  соответствующие  ему  функцио-
нально  тюркские  лексико-грамматические  сред-
ства  выступают  в  качестве  опосредованного, 
непрямого,  побочного  предмета  лингвисти-
ческого  описания.  В  данных  работах  герман-
ские  инфинитивные  формы  и  их  тюркские 
функциональные  соответствия  анализируются 
только в связи с сопоставительным изучением 
других грамматических  лексических, словооб-
разовательных  и  даже  лингвометодических 
проблем. 
Данные  сопоставительные  германо-тюрк-
ские работы, в которых германский инфинитив 
и соответствующие ему функционально тюрк-
ские  языковые  средства  являются  непрямым, 
косвенным  предметом  анализа,  принадлежат 
ученым-типологам  из  Кыргызстана,  Казахстана, 
Татарстана  и  Узбекистана  и  составляют  огра-
ниченное количество. И потому рассмотрим их 
все  без  исключения  в  той  мере,  в  которой 
представленные в них данные помогли бы нам 
осветить изучаемую нами проблему, как гово-
рится, «не изобретая велосипеда».  
Кыргызстанский  учёный,  англист  и  типо-
лог  В.М.  Карпов  изучает  в  сопоставительном 
плане  простые  распространённые  предложе-
ния английского и кыргызского языков. Отме-
чается,  что  в  самых  различных  английских 
синтаксических  конструкциях  при  употребле-
нии  временных  форм  английского  глагола,  а 
также и в других синтаксических построениях 
релевантными  вспомогательными  единицами 
являются  нефинитные  формы  вспомогатель-
Изучение глагольного инфинитива в сопоставительном (германо-тюркском) языкознании 

88 
 
Вестник КазНУ. Серия филологическая. № 3(149). 2014
 
ных  глаголов  to be  (быть)  и  to have (иметь). « 
Английскому глаголу “to be” в некоторых слу-
чаях  соответствует  киргизский  глагол  «бол», 
но только в некоторых: параллелизм проходит 
не  насквозь.  Для  глагола “to have” в  киргиз-
ском  языке  нет  эквивалента:  в  случае  необ-
ходимости  здесь  пользуется,  как  и  в  русском 
языке,  глаголом  «есть» (бар),  а  в  отрицатель-
ной  форме  словом  «жок» (нет).  Так  обстоит 
дело с основным значением глагола “to have” - 
иметь.  В  других  же  значениях  (в  качестве 
вспомогательного  и  полувспомогательного) 
передать  этот  глагол  в  киргизском  языке  ещё 
труднее» [5, 22-23]. 
Кыргызский  учёный  англист  и  лингвоме-
тодист  Т.  Турсуналиев  изучает  методику  обу-
чения временным формам английского глагола 
в кыргызской школе. В английском языке лич-
ные  формы  глагола  изъявительного  наклоне-
ния действительного залога проявляются через 
четыре  временные  группы: Indefinite, Conti-
nuous, Perfect и Perfect Continuous. Во  всех 
четырёх  временных  группах  в  английском 
языке предложении употребляется инфинитив-
ная форма глагола, которая сохраняет своё не-
определённое  значение  без  конструкции  лица, 
числа и наклонения. Инфинитив, входя в слож-
ные глагольные формы выражения времени, не 
имеет  конкретного  дифференцированного  пере-
водного соответствия  в  кыргызском синтакси-
ческом  переводном  эквиваленте,  его  значение 
как  бы  «растворяется»  в  кыргызском  соответ-
ствии  между  другими  языковыми  единицами. 
Например: They want to invite him. - Алар аны 
чакырабыз деп жатышат.  Так, в данном при-
мере  в Indefinite Infinitive (настоящее  неопре-
делённое время) значение инфинитива англий-
ского  глагола  to invite распределяется  в  пере-
водном  кыргызском  предложении  между  тремя 
лексемами «чакырабыз деп жатышат». Такое не-
совпадение  и  нестыковки  в  переводном  экви-
валенте и оригинале связаны с тем фактом, что 
«системы этих языков различны и, несмотря на 
то,  что  в  обоих  языках  имеется  много  одина-
ковых понятий (вспомогательный глагол, основ-
ной глагол, время данного момента и др.), спо-
собы  образования  временных  форм  и  их  кон-
кретные значения не совпадают» [6, 19].  
Кыргызстанский  ученый,  германист  и  ти-
полог  М.Ш.  Фиш  анализирует  в  сопостави-
тельном  плане  словообразовательный  механизм 
немецкого  и  кыргызского  языков.  При  изуче-
нии  немецкого  и  русского  глагольного  слово-
образования  учёный  отмечает,  что  исходной 
формой  немецкого  глагола  является  инфини-
тив  как  не  определённая  форма  глагола, кото-
рый  только  называет  действие  или  состояние 
без  относительно  к  действующему  лицу  или 
предмету и всегда принимает суффикс -en или 
-n.  Данный  суффикс -n (-n) является  формо-
образующим  суффиксом,  так  как  он  присущ 
только  одной  грамматической  форме  глагола, 
т.е. инфинитиву и в словообразовании глагола 
никак  не  участвует.  Например,  он  даже  выпа-
дает  при  спряжении  глагола: Infinitiv -lernen; 
Präsens-ich lerne, du lernst, er lernt; Imperfekt-ich 
lernte, du lerntest, er lernte.  
Автор отмечает при установлении кыргыз-
ского  эквивалента  немецкого  инфинитива: «В 
отличие от немецкого языка киргизский глагол 
не имеет инфинитивной формы. Исходной фор-
мой  глагола  в  киргизском  языке  является  не 
инфинитив,  а  императив,  т.е.  повелительная 
форма глагола, которая не принимает никакого 
формообразующего  суффикса:  оку!  Бар!  По-
этому  словообразовательным  эквивалентом  не-
мецкого  инфинитива  будем  считать  киргиз-
ский императив, хотя это по существу две раз-
личные грамматические категории» [7, 66]. 
Узбекский  учёный,  германист  и  лингвоме-
тодист  И.А  Хакимов  изучает лингвистические 
основы  обучения  грамматическому  строю  не-
мецкого  языка  в  узбекскоязычной  аудитории. 
При  изучении  грамматической  категории  не-
мецкого глагола в узбекскоязычной аудитории 
возникают  некоторые  затруднения,  поскольку 
в  немецком  языке  глагол  имеет  неопределён-
ную форму-инфинитив, который называет гла-
гольные  действия  вне  связи  с  действующим 
лицом, а также вне связи со временем и накло-
нением. «В  узбекском  языке  неопределённой 
формой  глаголов,  точности  подобной  неопре-
делённой форме немецких глаголов, нет. Здесь 
начальной  формой  глаголов  является  основа, 
которая  имеет  значение  второго  лица  единст-
венного  числа  повелительного  наклонения 
(уки-lres,  ёз-schreib,  кел-komm,  ишлa-arbeite)». 
Учёный  обосновывает  свою  точку  зрения  тем 
фактом, что в узбекском языке все разнообраз-
ные формы глаголов, «… в том числе и имена 
действия  на  -мок  и  на -(и)ш,  образуются  от 
основы  глаголов,  являющейся  одновременно 
формой второго лица единственного числа по-
велительного  наклонения  (ёз-schreib,  ёз+иш- 
Schreibung, schreiben; ёз+д+им-ich shreib, habe 
geschreiben) [8, 57].  
Узбекский учёный, англист и филолог Дж. 
Буранов в своей фундаментальной монографии 
по  сравнительной  типологии  английского  и 
тюркских  языков  (узбекского,  казахского,  кара-
Г. Ш. Борукулова 

89 
 
 
 
 
ISSN 1563-0223                        Bulletin KazNU. Filology series. № 3(149). 2014
калпакского, кыргызского и туркменского) за-
трагивает  вопрос  выражения  понятия  мно-
жественности  лексическим  глагольным  спо-
собам. «Этот способ в равной мере характерен 
как для системы английского языка, так и для 
сравниваемых  тюркских  языков,  так  как  во 
всех языках  глагольные  основы по  своей при-
роде связаны с тем или иным категориальным 
понятием,  а  в  данном  случае  глагольные  ос-
новы являются носителями значения множест-
венности» [9, 223].    
То  есть  выявляется,  что  категориально-
грамматическое  значение  множественности 
может не проявляться у инфинитивной формы 
английского  глагола  и  у  их  тюркских  эквива-
лентов через грамматическую категорию числа 
(множественного числа) но может содержаться 
в  их  глубинных  семантических  структурах  в 
плане  содержания.  Многие  глаголы  в  англий-
ском  и  тюркских  языках  выражают  понятие 
множественности,  таким  образом,  изначально 
через  значение  своей  инфинитивной  формы, 
например:  английский  инфинитив: people- 
населять, add-добавлять, join-соединять, repeat-
повторять, divide-делить;  или  их  тюркские 
эквиваленты:  узб.:  купаймок-умножаться,  өш-
мөк-увеличиваться,  бирикмок-объединяться; 
каз.:  коюлану-густеть,  көбөю-умножаться,  бi-
рiгу-объединяться;  каракалп.:  косыл-прибав-
ляться,  жый-собирать  в  кучу,  бирлес-объеди-
няться;  кырг.:  кошул-присоединяться,  көбөйт-
увеличивать количественно, бирик-объединяться; 
туркм.:  дүзмек-собирать,  гошмог-дополнять, 
көпеплдилмек-увеличиваться [9, 224-225]. 
Кыргызский  учёный,  англист  и  типолог 
Ч.К.  Найманова  изучает  в  сопоставительном 
плане валентность и сочетаемость частей речи 
в  разносистемных  английском,  кыргызском,  а 
также  и  русском  языках.  Валентность  и  соче-
таемость языковых единиц всегда реализуется 
на уровне предложения, где доминируют глав-
ные  члены  предложения  подлежащее  и  ска-
зуемое  и  соотнесённые  с  ними  коррелятивно 
полнозначные    части  речи  существительное  и 
глагол.  Основой  для  сочетаемостно-валент-
ностных  отношений  в  структуре  предложения 
выступают  у  означенных  выше  полнозначных 
частей речи основные формы слова. Основная 
форма слова, трактуемся как абстрагированная 
от  частного  и  конкретного  проявления  наи-
более  общее  значение,  выражается  у  имён  су-
ществительных  в  английском  языке  формой 
общего  падежа (The Common Case), в  кыр-
гызском  языке  формой  именительного  падежа 
(атооч  жөндөмө-досл.:  назывательный  падеж) 
и  в  русском  языке  также  формой  именитель-
ного  падежа.  Основная  форма  слова  выра-
жается  у  другой  полнозначной  части  речи 
глагола  в  английском  и  русском  языках  фор-
мой  инфинитива  со  значением  неопределён-
ности  и  безотносительности  по  отношению  к 
лицу  и  числу,  в  кыргызском  же  языке  такой 
основой  формы  глагола  не  наблюдается.  И 
потому  наиболее  общая  абстрагированная  се-
мантика  основной  формы  английского  и  рус-
ского  глагола,  выражаемого  в  инфинитиве  в 
кыргызском  языке  перераспределяется,  корня 
слова  на  сочетающиеся  с  ним  аффиксы.  Это 
связано  с  тем,  что «… английский,  русский  и 
кыргызский  языки  относятся  к  разным  мор-
фологическим  типам.  Для  английского  языка 
более  характерным  является  использование 
служебных слов и порядка слов в силу ограни-
ченности  морфологических  средств  выраже-
ния  субъектно-объектных  отношений.  Для  кыр-
гызского  языка  основными  средствами  грам-
матических  отношений  служат  аффиксальные 
морфемы, остальные грамматические средства 
употребляются сравнительно редко» [10, 157]. 
Обзорно-теоретический  анализ  работ  по 
сопоставительному германо-тюркскому языко-
знанию  показал,  что  конкретных  сопостави-
тельных  исследований,  в  которых  анализиро-
вались  бы  германский  инфинитив  и  их  функ-
циональные соответствия в тюркских (кыргыз-
ском,  казахском,  татарском,  узбекском  у  др.) 
языках,  не  имеется.  Однако  имеются  некото-
рые  сопоставительные  изыскания,  в  которых 
вопрос о германском инфинитиве, как об одной 
из неличных глагольных словоформ, и их тюрк-
ских  лексико-грамматических  функциональ-
ных соответствиях затрагивается в связи с  дру-
гими,  смежными  грамматико-типологическими 
проблемами. 
 
Литература 
 
1  Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. – М.: Изд-во иностр. лит., 1955. 
2  Ярцева В.Н. Контрастивная грамматика. –  М.: Наука, 1981. 
3  Аракин В.Д. Сравнительная типология английского и русского языков: учеб. пособие для студентов пед. ин-тов по 
спец. иностр.яз. – 2 изд. – М.: Просвещение, 1989. 
4  Гак В.Г. О контрастивной лингвистике: вступ. ст. В.Г. Гак. Новое в зарубеж.  лингвистике. – М., 1989. – Вып. 25: 
Контрастивная лингвистика. 
Изучение глагольного инфинитива в сопоставительном (германо-тюркском) языкознании 

90 
 
Вестник КазНУ. Серия филологическая. № 3(149). 2014
 
5  Карпов  В.М.  Простое  распространенное  предложение  в  английском  и  киргизском  языках:  автореф.  дис. … канд. 
филол.наук  В.М. Карпов. –  Фрунзе, 1965. – 23 с. 
6  Турсуналиев Т. Методика обучения временным формам глагола в киргизской школе: автореф. дис. … канд. пед. наук  
Т. Турсуналиев. –  М., 1967. 
7  Фиш М.Ш. Словообразование немецкого языка в сопоставлении с киргизским языком. – Фрунзе: Мектеп, 1967. 
8  Хакимов  И.А.  Особенности  обучения  грамматическому  строю  немецкого  и  узбекского  языков. –  Ташкент:  ФАН, 
1976. 
9  Буранов Дж. Сравнительная типология английского и тюркских языков:  учеб. пособие для пед. ин-тов. – М.: Высш. 
шк., 1983. 
10  Найманова  Ч.К.  Валентность  и  сочетаемость  частей  речи  в  разносистемных  языках:  на  материалах  англ.,  кырг.  и 
рус. яз. – Бишкек: Кырг. нац. ун-т им. Ж. Баласагына, 2004. 
 

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   46


©emirb.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал