Книга Пути и Благодати Разговоры на общие темы



жүктеу 19.7 Kb.

бет1/15
Дата17.02.2017
өлшемі19.7 Kb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
  
      
 
  
Разговоры на общие темы,
 
Вопросы по 
библиотеке,
 
Обсуждение прочитанных книг и 
статей,
 
 
Консультации специалистов:
 
Рэйки;
 
Космоэнергетика;
 
Учение доктора Залманова;
 
Йога;
 
Практическая Философия и Психология;
 
Развитие Личности;
 
В гостях у астролога;
 
Осознанное существование;
 
Фэн-Шуй,
 
Обмен 
опытом
 
и т.д.
Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) 

Книга Пути и Благодати
 
СОДЕРЖАНИЕ
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/ogl.shtml (1 из 3) [11.12.2007 23:30:29]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
Слово о переводчике 
 
От редактора 
 
КНИГА Пути 
Прежде, чем прочесть Лао-цзы 
 
Стих 1. Воплощение пути 
 
Стих 2. Самовоспитание 
 
Стих 3. Успокоение народа 
 
Стих 4. Без истока 
 
Стих 5. Польза пустоты : 
 
Стих 6. Возникновение образов 
 
Стих 7. Луч, вложенный в ножны
 
Стих 8. Изменить свою природу 
 
Стих 9. Движение к гибели 
 
Стих 10. Способность свершать 
 
Стих 11. Польза несуществующего 
 
Стих 12. Смирять желания 
 
Стих 13. Довольствоваться позором 
 
Стих 14. Хвала сокровенному 
 
Стих 15. Явленная благодать 
 
Стих 16. Возвращение к корню 
 
Стих 17. Веяния верности 
 
Стих 18. Мирское истончение 
 
Стих 19. Возвращение к верному
 
Стих 20. Странный нрав 
 
Стих 21. Опустошение сердца 
 
Стих 22. Польза смирения 
 
Стих 23. Пустота и небытие 
 
Стих 24. Муки - и милосердие 
 
Стих 25. Образ изначального 
 
Стих 26. Благодатность тяжелого 
 
Стих 27. Умело использовать 
 
Стих 28. Назад к безыскусности 
 
Стих 29. Недеяние 
 
Стих 30. Меньше воинственности 
 
Стих 31. Удержи оружие 
 
Стих 32. Благодать мудрого 
 
Стих 33. Осознание благодати 
 
Стих 34. Когда исполнено 
 
Стих 35. Благодать милосердия 
 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/ogl.shtml (2 из 3) [11.12.2007 23:30:29]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
Стих 36. Понимание сокровенного 
 
Стих 37. Как управлять 
 
Комментарий 
 
Коментарий (продолжение) 
 
Л. Толстой. О сущности учения Лао-Тзе
 
ЛАО-СИ ТАО-ТЕ-КИНГ, ИЛИ ПИСАНИЕ О НРАВСТВЕННОСТИ 
Первая книга 
 
Вторая книга 
 
Комментарий  
Примечания 
 
О жизни Лао-Си 
 
Понятие Тао у Лао-Си 
 
Примечания к отдельным главам
ДАЛЕЕ
Наш сайт является помещением библиотеки. На основании 
Федерального 
закона Российской федерации "Об авторском и смежных правах" (в ред. 
Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ)
 
копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения 
произведений размещенных на данной библиотеке категорически запрешен. 
Все материалы представлены исключительно в ознакомительных целях. 
 
 
Методические пособия для индивидуального обучения
 
на Видео кассетах VHS 
и DVD 
- Мирзакарим 
Норбеков
, Александр Свияш, Ошо, Виктор
 Востоков
, Майя Гогулан, 
Сатья Саи Баба, Дипак Чопра, Валерий Синельников, Мантэк Чиа, Наталья Правдина, Дмитрий 
Верищагин, Сергей Коновалов и др.
 
 
Музыка
 для релаксации, медитации, восстановления здоровья, для занятий Йогой, при 
проведении сеанса лечебного массажа, Фэн Шуй, специально для детей и т.п.
 
на CD в 
форматах mp3 и cda 
 
Книги 
по здоровью, здоровому образу жизни и духовному развитию человека 
ДОБРО 
ПОЖАЛОВАТЬ!
 
 
 
 
 
 
 
 
Copyright © 2000 - 2006 г. UniversalInternetLibrary.ru
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/ogl.shtml (3 из 3) [11.12.2007 23:30:29]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
  
      
 
  
Разговоры на общие темы,
 
Вопросы по 
библиотеке,
 
Обсуждение прочитанных книг и 
статей,
 
 
Консультации специалистов:
 
Рэйки;
 
Космоэнергетика;
 
Учение доктора Залманова;
 
Йога;
 
Практическая Философия и Психология;
 
Развитие Личности;
 
В гостях у астролога;
 
Осознанное существование;
 
Фэн-Шуй,
 
Обмен 
опытом
 
и т.д.
Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) 

Книга Пути и Благодати
 
СЛОВО О ПЕРЕВОДЧИКЕ
Переиздание важнейшего памятника китайской философской прозы, 
провозгласившей учение, просуществовавшее тысячелетия, 
продиктовано временем и активным читательским интересом. Автор 
перевода И.С. Лисевич оставил яркий свет в отечественной синологии. 
Главной областью его научных интересов было литературоведение. 
Прежде всего - эстетическая мысль и поэтика Древнего Китая, 
древнекитайская литературная поэзия, философская проза. Обладая 
замечательным литературным даром, он переводил древнекитайские 
тексты, подчеркивая мелодичность и выразительность китайской 
поэзии и прозы. Ему удалось передать аромат эпохи, стирая барьер 
непонимания чужой ментальности, открыть мир, словно повернутый к 
нам какой-то неведомой, но значительной своей стороной. Его 
переводы китайской пейзажной лирики, стихотворений Ли Бо, Ду Фу и 
других не раз переиздавались, пользуясь заслуженной популярностью 
среди широкого круга писателей. Расплетая причудливую вязь 
иероглифов, он сумел выразить мысли и чувства авторов, являя 
читателю мир лирического героя во всей его полноте. Блестящий 
мастер перевода, он смог единственно точными словами выразить 
вечное, приобщить читателя к сокровенному.
Замечательный текстолог, И.С. Лисевич выступал не только как 
переводчик, но и как профессиональный составитель известных 
антологий древнекитайской литературы, снабжал их 
исследовательскими предисловиями, введениями, комментариями ("Из 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (1 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
книг мудрецов", 1987, "Бамбуковые страницы", 1994, "Китайская 
пейзажная лирика", 1999, "Павильон наслаждений", 2000).
И.С. Лисевич - автор более полутора сотен статей, переводов, трех 
монографий, составитель многих антологий. Одна из его книг - 
монография "Литературная мысль Китая на рубеже древности и 
средних веков" (М., 1979) посвящена глубокому исследованию 
становления и развития эстетической системы Древнего Китая от 
древнейших памятников до раннего средневековья включительно. На 
обширном историко-культурном материале И.С. Лисевич дал 
обстоятельный всесторонний анализ важнейших эстетических 
категорий.
Изучая философскую мысль Древнего Китая, И.С. Лисевич подкреплял 
и иллюстрировал свои фундаментальные научные исследования 
многочисленными собственными переводами из древнекитайских 
памятников "Лицзи", "Мэнцзы", "Ханьфэй-цзы", трудов Ван Чуна, Ян 
Сюна, Лю Се, Цао Пи и др. Особо следует отметить его перевод одного 
из величайших философских памятников - "Дао дэ цзин", 
выполненный в лучших академических традициях, но, к сожалению, 
оставшийся незавершенным (первая его часть была опубликована в 
1994 г.).
Вслушиваясь в строки старых китайских мастеров, сознавая 
быстротечность времени и бренность всего земного, И.С. Лисевич был 
и созерцателем, и творцом, которому удалось проникнуть в глубины 
китайской мудрости.
Я. Лисевич
ОТ РЕДАКТОРА
В 1894 году в журнале "Вопросы философии и психологии" была 
опубликована в переводе Д. Конисси написанная в VI веке до нашей 
эры знаменитая книга Лао-цзы "Дао дэ цзин" (Книга пути и благодати).
Сто лет спустя, в 1994 году, книга Лао-цзы обретает новую жизнь. 
Впервые публикуемый здесь перевод осуществил видный ученый, 
историк и исследователь древней китайской цивилизации, доктор 
филологических наук академик Игорь Лисевич. Ему принадлежит и 
помещенный здесь в виде вступительной статьи и комментария научно-
художественный и философский труд, подробно анализирующий 
"Книгу пути и благодати" и вехи жизни самого автора - легендарного 
Лао-цзы.
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (2 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
Вечно летящим драконом Поднебесной империи назвал Лао-цзы 
протоиерей Александр Мень. И это определение вовсе не случайно. В 
свое время Лев Николаевич Толстой проявил живейший интерес к Лао-
цзы и его книге. Он предложил японскому ученому Д. Конисси свою 
помощь в редактировании рукописи.
Естественно, переводчик с благодарностью принял это предложение. В 
1913 году этот перевод под редакцией Л. Толстого вышел в свет 
отдельным изданием.
В связи с тем что И. Лисевич не успел перевести книгу полностью, его 
работу прервала в 2000 году смерть, в этом издании помещен полный 
перевод Д. Конисси и предисловие к нему Л. Н. Толстого. Таким 
образом, выдающийся труд Лао-цзы - жемчужина культуры одной из 
древнейших цивилизаций мирового значения - становится достоянием 
современного читателя.
"Старый ребенок" - так звучит в переводе имя великого мудреца Лао-
цзы. Основоположник даосской религии написал книгу, у которой 
долгое, как вечность, эхо. "Книга пути и благодати" представляется 
мне великим озарением поэта и мыслителя, которое сохраняет на себе 
росистый след первобытной детской чистоты.
Григорий Анисимов
1 Книга пути 
ПРЕЖДЕ, ЧЕМ ПРОЧЕСТЬ ЛАО-ЦЗЫ...
Большинству читателей, видимо, лишнее объяснять, кто такой Лао-
цзы, - они взяли книгу именно потому, что знают это имя. Для 
остальных же скажу, что Лао-цзы (VI в. до н.э.) считается 
основоположником философско-религиозного учения даосизма, 
оказавшего колоссальное влияние на всю традиционную культуру 
Китая, да и других стран Дальнего Востока - Вьетнама, Кореи, Японии. 
Своеобразным сплавом учения даосов с пришедшим из Индии 
буддизмом стала школа чань, более известная в Европе уже под своим 
японским именем цзэн. Идеи даосизма лежат в основе 
дальневосточных воинских искусств, в т. ч. кунфу, тайцзицюань и 
других, учения о достижении долголетия, в основе китайской 
традиционной медицины вообще. Им вдохновлялись создатели тайных 
китайских обществ и величайшие поэты Китая, оно определяло 
духовный мир творцов знаменитых пейзажей и было тесно связано со 
многими тайными науками: астрологией, алхимией, физиогномикой, 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (3 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
магией... Что же касается самого "Дао дэ цзина", то в учении даосов он 
занимает то же место, что Новый Завет в христианстве или Коран в 
исламе, а в нашем столетии стал одной из самых переводимых в мире 
книг...
ОБ АВТОРЕ "ДАО ДЭ ЦЗИНА"
Личность автора книги всегда интересует и читателя, и исследователя, 
поскольку эта личность накладывает свой субъективный отпечаток на 
произведение, а обстоятельства жизни автора могут немало добавить к 
тому, что им уже сказано. К сожалению, сведения о Лао-цзы и его 
жизни скудны, недостоверны, противоречивы, а порой - просто 
фантастичны.
Мы располагаем тремя древними жизнеописаниями Лао-цзы, и все они, 
особенно первые два, достаточно немногословны. Самое раннее 
принадлежит кисти отца китайской историографии, Сыма Цяня (145-86 
гг. до н. э.) и включено в его "Исторические записки" ("Ши цзи"). 
Здесь жизнеописание Лао-цзы объединено с биографиями его 
последователей (или тех, кого историк таковыми считал).
Следующее жизнеописание Лао-цзы появилось только через пятьсот 
лет, в ряду "Жизнеописаний мужей возвышенных" ("Гао ши чжуань"), 
принадлежащих кисти историка Хуанфу Ми (215-282 гг.). Однако 
наиболее исчерпывающим является все же жизнеописание патриарха 
даосизма, созданное младшим современником Хуанфу Ми, известным 
даосским философом и "практиком" даосизма Гэ Хуном (250-330 гг.).
Включенное в его "Жизнеописания святых и бессмертных" ("Шэньсянь 
чжуань"), оно известно ныне по компилятивному собранию старых 
текстов "Обширные записи годов Великого благоденствия" ("Тайпин 
гуанц-зи"), отпечатанному по императорскому повелению в 981 г. 
Жизнеописание Гэ Хуна ценно тем, что в нем во всей полноте 
отразилась собственно даосская традиция, в значительной степени 
игнорируемая предшественниками, и даны сведения из ряда не 
сохранившихся ныне даосских книг. Здесь отмечены точки зрения 
разных даосских школ, приводится немало легенд и преданий, 
описывается внешность Лао-цзы.
Русский перевод второй части жизнеописаний Гэ Хуна опубликован 
автором этих строк в 1980 г. ("Пурпурная яшма", стр. 87-92).
Надо сказать, что уже первую биографию Лао-цзы, составленную Сыма 
Цянем, отделяло от жизни ее героя без малого триста лет: историку 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (4 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
время Лао-цзы виделось приблизительно с такого же расстояния, как 
нашему современнику время царствования Петра. Учитывая то 
обстоятельство, что придворная должность мыслителя (если он ее 
действительно имел) была весьма незначительна, отыскать 
достоверные сведения о его жизни оказалось уже тогда нелегко. Сыма 
Цянь, со свойственной ему добросовестностью, отмечает 
сомнительность некоторых фактов, дает альтернативные точки зрения. 
("Некоторые говорят: "Дань и есть Лао-цзы", другие же говорят: "Нет!" 
В наше время уже никто не знает, так это или не так".) Утверждать что-
либо определенное трудно еще и потому, что "Лао-цзы был 
благородным мужем, скрывшимся (от мира)", он сознательно старался 
вершить свой жизненный путь, "не оставляя следов," и, как 
утверждает даосская традиция, неоднократно менял имена.
О том, насколько отрицательно относились вообще даосы к любому 
выходу из безвестности, говорит нам притча о двух отшельниках, 
которую мы находим в древней книге "Чжуан-цзы" и у того же Хуанфу 
Ми. Как-то раз отшельник Чао-фу, живший в легендарные времена 
совершенно-мудрого государя Яо (предположительно: XXIII - XXII вв. 
до н.э.) и довольствовавшийся вместо жилища чем-то вроде гнезда или 
насеста в кроне большого дерева, привел к ручью на водопой своего 
теленка. У ручья он застал другого отшельника, Сюй Ю, яростно 
отмывавшего свои уши. Чао-фу поинтересовался, в чем дело, и друг 
поведал ему, что государь Яо, прослышав о его добродетелях, 
пригласил его ко двору, желая вручить всю полноту власти. Ему же, 
Сюй Ю, ненавистны даже речи о мирской власти, и потому он хочет 
отзвук их выполоскать из своих ушей. "Если бы ты жил среди высоких 
скал и глубоких ущелий вдали от людских путей, - отвечал на это Чао-
фу, - кто бы о тебе узнал? Но ты легкомысленно порхал с места на 
место, желая, чтобы о тебе услышали, и домогался известности. Мой 
теленок и то побрезгует теперь здесь пить!" И увел теленка вверх по 
течению.
Иными словами, человек должен жить естественной жизнью, не 
стараясь быть лучше других, не домогаясь богатства и славы, не 
пытаясь оставить свой след в истории, - так считали даосы и, по-
видимому, сам Лао-цзы. Именно это подчеркнутое стремление выйти 
из сферы общественных взаимоотношений делает столь трудным 
исследование жизненного пути большинства даосских авторов, ибо, 
как говорил Лао-цзы, "умеющий ходить не оставляет следов". Но 
остаться совершенно незамеченными столь яркая личность и столь 
мощный ум, к счастью, не могли.
Как почти каждому великому человеку китайской (и не только 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (5 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
китайской!) древности, легенды приписывают Лао-цзы чудесное 
рождение. Его мать зачала без мужа, "при виде гигантской летучей 
звезды" - в таком обличье дух Лао-цзы сошел на землю. Родился он 
также не обычным, "нечистым образом", а подобно Будде, вышел у 
роженицы из левой подмышки. До того ей пришлось носить плод 
целых семьдесят два года (сакральное число!), и когда младенец 
явился на свет, он был уже седым старцем - явная легенда, 
пытающаяся доступно истолковать необычное имя Лао-цзы (буквально 
- "Старый ребенок").
Считалось, что Лао-цзы родился в южном, тогда еще полуварварском 
царстве Чу, где пышным цветом расцветал шаманизм. Долгое время 
затем он занимал должность Великого астролога при дворе 
номинальных правителей Китая - чжоусских царей и распоряжался 
самым древним в Китае архивом, возраст которого насчитывал 
половину тысячелетия. Лао-цзы был прославлен своею мудростью, и 
вскоре эта слава дошла до его младшего современника, Конфуция. О 
том, как произошла встреча двух великих учителей, рассказывает Гэ 
Хун, естественно, показывающий основоположника своего учения в 
более выигрышном свете. Привыкший мыслить сугубо земными 
категориями, Конфуций якобы был пристыжен и растерян, 
встретившись с мышлением высшего порядка.
- Я понял, что мысль его подобна птице, парящей в вышине, - 
признался Конфуций одному из учеников. - Из красноречья своего я 
сделал самострел, чтоб поразить ее стрелой, но не достал ту птицу и 
этим лишь умножил его славу. Мысль его, словно изюбрь, словно 
олень в чащобе. Красноречие мое послало гончих псов, которые 
преследовали изюбря и оленя по пятам, но не догнали, а только 
охромели. Мысль его, как рыба в омуте глубоком. Из красноречья 
своего я сделал леску и крючок, чтоб эту рыбу выудить, но даже не 
поддел, запутал только леску. Мне не угнаться за Драконом, парящим 
в заоблачном эфире и странствующим по Великой чистоте. Я понял - 
Лао-цзы подобен этому дракону! От изумления уста мои раскрылись и 
не могли сомкнуться, язык вдруг вывалился, дух мой был смущен, не 
ведая, где пребывает... (Перевод И. Лисевича).
Итак, Дракон - мифический китайский царь животного мира, 
Старейшина и Патриарх - вот на какую роль претендует Лао-цзы в 
сонме китайских мудрецов, и, надо сказать, не без оснований. 
Впрочем, встреча Лао-цзы с Конфуцием, вероятно, в достаточной 
степени мифологизирована. Наиболее достоверным эпизодом из всей 
биографии Лао-цзы выглядит его уход - с ним легенда связывает 
создание (или точнее - запись) канона. Ощущая все усугубляющийся 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (6 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
упадок государственной власти и крушение моральных устоев, учитель 
решает покинуть нравственно гибнущую страну, где нет места для 
мудрого. Направляясь на Запад (а Западом в то время для Китая была 
и Индия, и Парфия, и Персия, и просто Центральная Азия), он 
задержался на пограничной заставе, начальником которой был 
человек мыслящий и просвещенный (в китайской литературе 
известный как "Гуань Инь-цзы" - "Учитель Инь с погранзаставы"). 
Начальник умолил Лао-цзы оставить покинутому им Китаю хотя бы 
частицу своей мудрости - и тот написал труд, впоследствии названный 
"Дао дэ цзином" - "Каноном Дао и Дэ", "Книгой Пути и Благодати".
"Умеющий ходить не оставляет следов", - записал Лао-цзы в своей 
книге. Значит ли это, что сам он оказался недостаточно искусным и 
осторожным странником? Не он ли предостерегал от опасности слов и 
призывал к "бессловесному наставлению", передаче мысли "от сердца 
к сердцу", но в конце концов сдался на уговоры и написал книгу "в 
пять тысяч слов"?!
"Кто говорит - ничего не знает,  
знающий - тот молчит". 
Но если так, и почтенный Лао  
именно тот, кто знал - как  
получилось, что он оставил  
книгу в пять тысяч слов? - 
(Перевод Л. Эйдлина)
с улыбкой упрекнул его через четырнадцать столетий великий поэт Во 
Цзюй-и (772-846 гг.), вспомнив собственные слова мудреца...
Вообще говоря, рассматривать фигуру Лао-цзы удобнее всего "в 
отраженном свете", на фоне другого человеческого величия, которое 
позволяет лучше видеть ее необычность. В качестве антитезы Лао-
цзы, как это сделал в его жизнеописании историк Сыма Цянь, обычно 
берут Конфуция, и более контрастную пару поистине подобрать трудно.
Будучи сам личностью совершенно необыкновенной, Конфуций, 
однако же, напрягает все силы, чтобы удержать свое поучение в сфере 
посюстороннего, чтобы не выйти за рамки коллективного опыта и 
здравого смысла. Я говорю "удержать" потому, что его понятие 
"милосердия", превышающее всякую практическую целесообразность, 
видится уже где-то на грани трансцендентного. Однако в целом его 
мысль сугубо нормативна, в том смысле, что отвергает все отходящее 
от эталона, от нормы. "Учитель не говорил о духе, о силе, о смуте и о 
чудесном", ибо все это не укладывается в рамки обычного и должного. 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (7 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
Конфуция интересовал прежде всего человек коллективный в общении 
с себе подобными, и, когда он отказывался говорить о смерти, ибо "мы 
не знаем даже, что такое жизнь", это была еще не вся правда; даже 
смерть "на миру" для каждого своя, это последний интимный опыт, 
открывающий врата в мир потустороннего, куда Конфуций не 
углублялся намеренно (в отличие, например, от даоса Чжуан-цзы, 
видевшего в жизни - сон души, в смерти же - великое пробуждение). 
Ритуал и долг, верность высшему и сыновнее почтение, государство и 
семья - вот на что направлен пафос учения Конфуция, в то время как 
Лао-цзы либо иронизирует над скопищем этих "священных коров", 
либо видит их (государство, милосердие) совершенно в ином свете. 
Дух для Лао-цзы - основа основ, ибо он для него - Праматерь сущего. 
Странствуя в запредельных сферах, Лао-цзы всем своим существом 
устремлен именно в необычное, а смерть видит в постоянной паре с 
жизнью, причем небытие ставит превыше всяческого бытия. 
Постоянные парадоксы Лао-цзы как бы призваны опрокинуть 
привычный здравый смысл, расшатать стереотипы обыденного 
мышления, чтобы вывести наконец человеческую мысль за его 
пределы и открыть ей космические дали. Земная юдоль и сияющие 
просторы духа - вот две области, где мысли Конфуция и Лао-цзы могли 
странствовать, практически не пересекаясь. Потому-то так 
сравнительно мирно сосуществовали на протяжении почти всей 
китайской истории конфуцианство и даосизм, в бытовой сфере 
прекрасно дополнявшие друг друга.
Впрочем, наши рассуждения порой бессильны показать различия 
людей столь ярко, как это делает художественный образ. В "Вёснах и 
осенях господина Люя" ("Люй ши чуньцю"), своеобразной эссенции 
древнекитайского знания, есть коротенький рассказ-притча, образно 
рисующий ту степень абстракции, до которой способно подняться 
бытовое мышление, и реакция на нее Конфуция и Лао-цзы.
"Некий житель царства Цзин потерял свой лук, но не стал его искать, 
объясняя это так: "Человек из Цзин потерял, человек из Цзин нашел - 
какая разница?!"
Прослышав об этом, Конфуций сказал: "Надо только опустить слова 
"из Цзин" - вот тогда будет правильно!" Когда же услышал об этом Лао 
Дань, то сказал: "Надо опустить и слово "человек" - тогда будет 
верно!" "Конфуций всегда остается на уровне человеческого, для него 
это наивысшая возможная ступень, где даже самое отвлеченное и 
возвышенное из понятий жэнь изображается иероглифом с ключевым 
знаком - человек". И только Лао-цзы поднимается до чистой идеи, до 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (8 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
уровня сверхчеловеческого, космического, где практически все 
относительно, и обретение становится тождественно своей потере.
"О горе! На тебе покоится счастье. О счастье! Ты стоишь на горе" - эти 
слова, может быть, и не принадлежат самому Лао-цзы, как утверждает 
древний автор "Сада речений" Лю Сян (I в. до н. э.), но тем не менее 
рисуют его ощущение всеобщности точно и конкретно.
Конечно же, когда Конфуций, выйдя от Лао-цзы, говорит своему 
ученику, что он, Конфуций, "...в познании пути подобен червяку в 
жбане с уксусом - не поднял бы учитель крышку, и я не узнал бы о 
великой целостности Неба и земли", то в таком самоуничижении 
скорее повинен даосский автор цитации, Чжуан-цзы. И тем не менее в 
сознании любого жителя Поднебесной империи эти две фигуры, пусть 
без такого ущерба для величия Конфуция, различались очень четко. И 
всегда на всех картинках мы видим Лао-цзы старшим, убеленным 
сединами, а Конфуция - более молодым, пришедшим к восседающему 
на возвышении патриарху. Символика старшего и младшего, хозяина и 
гостя значили в старой китайской культуре чрезвычайно много. Но 
здесь они были призваны подчеркнуть скорее иерархию философских 
ценностей, чем иерархию личностей - действительно, мысль Лао-цзы 
уходила за такие пределы, перед которыми останавливался даже 
великий Конфуций.
Еще же Лао-цзы отличает от Конфуция нечто из области чисел, тех 
чисел, что говорят нам совершенно о иных качествах. У Конфуция, как 
и у Христа, было семьдесят два ближайших ученика, тех же, кто 
пользовался так или иначе его наставлениями, насчитывалось около 
трех тысяч. Это свидетельство того, что учение Конфуция было прежде 
всего экстравертным, устремленным во внешний мир, предполагавшим 
саморасширение, обращение как можно большего числа людей. 
Разумеется, и оно было в какой-то степени элитарным, поскольку 
адресовалось только "мужам благородным" - ведь "установления" не 
опускались до "подлых". Но учение Лао-цзы было совершенно другого 
рода. Не случайно у него мы знаем всего трех учеников - Инь Си, Кан 
Цан-цзы и Сюй Цзя, да и то последний оказался недостойным своего 
учителя, Лао-цзы, подобно всем прочим даосам, чуждался проповеди, 
обязательным условием получения наставления была предварительная 
инициация, испытание. 
Его не выдержал Сюй Цзя, убоявшийся трудностей пути, поддавшийся 
алчности и похоти - его уделом, если верить легендам, остался лишь 
низший слой знания даосизма, магическая власть над силами природы. 
Напротив, Инь Си был допущен Учителем в палаты высшего знания, 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (9 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
ибо еще до встречи с Лао-цзы трудами собственного духа достиг 
немалых степеней совершенства, прозрел приход наставника и 
выполнил смиренный обряд поклонения перед бедным и немощным 
путником. И наконец, Кан Цан-цзы, о котором мы читаем в книге "Ле-
цзы", получил от Учителя "естественное", т.е. сверхчувственное, 
знание, когда человек способен видеть и слышать все на свете, "без 
глаз и ушей", "погружаясь духом в ничто", считывая информацию 
непосредственно с поля Дао. Учение Лао-цзы было рассчитано не 
просто на избранных - оно адресовалось людям, способным 
воспринять Благодать и обрести прозрение; достичь мудрости не 
мирской, но вечной.
Мысль Лао-цзы почти всегда многопланова, и не случаен его упрек 
Конфуцию, пытающемуся судить о башмаке, когда перед глазами 
только его след. Чем-то этот образ напоминает притчу Сократа о 
человеке, сидящем в темной пещере и видящем на стене в свете 
костра одни только тени проходящих людей. Мир Конфуция 
недвусмыслен и двухмерен, как недвусмысленна и двухмерна земля, 
символизируемая в китайской традиции фигурой квадрата, как 
недвусмыслен и двухмерен след башмака на поверхности этой земли. 
Однако же существуют иные измерения, и уже в третьем из них 
башмак вовсе не походит на свой след. У автора этих строк и в мыслях 
нет в чем-то недооценить величие Конфуция - он чрезвычайно велик 
по привычным человеческим меркам, но некоторая разница между ним 
и Лао-цзы все же есть - древние авторы ее прекрасно ощущали. 
Было, однако, и что-то другое, трудно поддающееся исследованию, 
какие-то аналогии с письменными памятниками иных культур, 
неожиданные параллели с индийскими, с античными текстами, 
настойчивые напоминания о "путешествии на Запад". И конечно же, 
тот неуловимый "дух эпохи", о влиянии которого на творчество так 
убежденно говорит Лю Се, теоретик китайской изящной словесности V-
VI вв. Эпоха Лао-цзы была поистине удивительным временем для всего 
цивилизованного мира, когда служившее достоянием лишь немногих 
избранных потаенное знание внезапно выплеснулось наружу, рождая 
новые учения и новые религии, когда словно великое озарение 
коснулось лучших умов человечества и, сделавшись Учителями, они 
повели за собой других. 
Пифагор в греческих полисах Италии, Будда и Махавира в Индии, Лао-
цзы и Конфуций в Китае - все они провозгласили тогда учения, 
просуществовавшие тысячелетия и во многом определившие будущую 
историю человечества. Именно VI столетие до н.э., когда творил Лао-
цзы, явилось временем общего для всего человечества духовного 
http://www.universalinternetlibrary.ru/book/laotzi/1.shtml (10 из 27) [11.12.2007 23:30:57]

Лао-Цзы. (перевод - Лисевич И.С.) - Книга Пути и Благодати
взлета. Если же мы несколько выйдем за рамки одного века, то 
увидим, что чуть раньше, именно там, где сходились пути китайской, 
индийской и средиземноморской субойкумен, творил великий иранец 
Зарату-стра, проповедовали ветхозаветные пророки, пестовали тайное 
знание халдейские мудрецы... Позднее на историческом небосклоне 
загораются еще две ярчайшие звезды - Сократа на западе и Мо-цзы с 
его проповедью всеобщей любви - на востоке. Поистине, это время 
заслуживает того, чтобы, пользуясь выражением Карла Ясперса, 
назвать его "осевым временем" человечества.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


©emirb.org 2017
әкімшілігінің қараңыз

войти | регистрация
    Басты бет


загрузить материал